Форум » Фанфики » Принцесса Изумрудного города (Энни + по Сухинову) » Ответить

Принцесса Изумрудного города (Энни + по Сухинову)

Annie: Принцесса Изумрудного города (с иллюстрациями автора) Персонажи: волковские, сухиновские, в эпизодах возможны свои Рейтинг: G Размер: задумывался макси Статус: в процессе Предупреждения: Написано на основе Сухинова как продолжение. Время действия – через несколько лет после основных событий декалогии. Главная героиня здесь – Энни, так что слишком активным нелюбителям этой девочки читать не рекомендуется. Возможен ООС некоторых персонажей, AU отдельных эпизодов или их иная трактовка. От автора: каким образом Энни оказалась в Волшебной стране – автор данного произведения ещё не знает, но твёрдо уверен, что она должна там быть. Каким образом серебряные башмачки вновь оказались у Элли – автору тоже пока неизвестно, но главное, что они есть. А уж детали потом придумаются! [off]И ещё от автора: конечно, я понимаю, что это может оказаться полной ерундой, но раз уж оно появилось - то куда ж его ещё? К тому же основная идея этого фанфика появилась ещё шесть лет назад, и этот вариант пока единственный, который мне понравился. Возможно, что он будет не дописан, или полностью переделан... А пока так...[/off]

Ответов - 81, стр: 1 2 3 4 5 All

Annie: dumalka пишет: Веселье ещё то... Ага. Вторую дочь звали Вероника, и она была очень похожа на маму Аларма - именно из-за неё у меня при мыслях о маме Аларма вертелось в голове имя "Ника". Она унаследовала Жёлтую страну. Третья, Дженни, везде лазила и постоянно влипала в неприятности, в общем, та ещё была авантюристка; зато из-за своих талантов - любимица Стеллы, которая и оставила ей свою страну. Кстати, она единственная из девочек была темноволосой. А две младшие были близняшками, им остались Голубая и Фиолетовая... Но теперь это всё неактуально.

Сергий: Занятная идея с детьми Элли, что управляют де-факто всей Волшебной страной. А если кто-нибудь умрет, наследника не оставив, старший (-ая) брат (сестра) унаследует ту страну, что осталась без хозяина. Получается так на территории всего края Торна закрепиться династия... Смитов. Ну да, Смитов. Или их ещё можно называть Алармовичи

Annie: Сергий, я и сама не знаю, как их называть ) Но идея уже всё же давно угасшая, так что ещё неизвестно, что там будет, в Волшебной стране... )

Annie: Продолжение части III. В кои-то веки, да. Я наконец-то собралась. Полёт до дворца Виллины был для Анни привычен: они навещали старую волшебницу по крайней мере каждый месяц, а иногда и чаще. Сама Виллина в Изумрудном городе появлялась куда реже – может быть, только раз в год. - Главное, Анни, пожалуйста – не пытайся использовать магию, пока я тебе не разрешу, - строго сказала Элли дочери ещё по пути. Девочка кивнула с большой грустью. Она-то уже размечталась о том, что сейчас станет великой волшебницей – такой, как Элли, ну или чуть меньше, всё-таки Элли взрослая, а она, Анни, ещё маленькая. Но чтобы совсем нельзя… Это было немного обидно. - Пойми, - мягко постаралась объяснить Элли, заметив разочарование девочки, - ты сейчас ещё ведь сама не знаешь, что можешь сделать, а чего не можешь, поэтому вдруг что-то случится… - Плохое? – вздохнула Анни. - И плохое тоже. - Ладно. Я поняла, - кивнула Анни. Вот она, должность волшебницы. Ещё и неизвестно, что можешь сотворить, а что не можешь. Впрочем, Анни действительно этого не знала. Виллина встретила гостей, как всегда, в своём кабинете. Элли с лёгким изумлением отметила про себя, что они у неё явно не первые гости за сегодня: на столе были разложены книги, а Виллина никогда не доставала несколько книг одновременно. Анни сразу потянулась их перелистать. Аларм тихонько сжал девочке плечо, и она неохотно отступила. - Садитесь, мои дорогие, - улыбнулась Виллина, глядя на прибывших. Они с готовностью расселись: Элли рядом со старой волшебницей, Аларм напротив, Анни же примостилась у окна на тумбочке (чему никто не удивился – она часто там сидела) и с любопытством уставилась в окно, на торжественно-пустой парк. – Что-то вы сегодня не в полном составе… - Да, мы… - Элли нерешительно оглянулась на дочь, - у нас немного неожиданное происшествие. - Чем же неожиданное? – чуть прикрыла глаза Виллина, переводя внимательный взгляд с Элли на Аларма. - У Анни, похоже, появилась магия, - ответил рыцарь. Анни отвернулась от окна и скучающе уставилась мимо взрослых. Она не очень любила, когда о ней говорили без её непосредственного участия, но старшие слишком много моральных сил потратили на её воспитание, чтобы она усвоила: во взрослые разговоры вмешиваться нельзя. Они лучше знают, что и как рассказывать. Виллина тоже посмотрела на девочку и сказала то, чего от неё не ожидали ни Элли, ни Аларм: - Наконец-то. А я всё ждала, когда же это случится. Элли вскинула брови, но не успела ничего произнести, как Виллина улыбнулась: - Ну а ты чего хотела, Элли. Ведь это твоя дочь, дочь феи. Вполне логично, что она наследует твою волшебную силу. Анни беспокойно завозилась на своём месте, но не издала ни звука. - Почему она, а не Том? – задала вопрос Элли. Виллина пожала плечами. - Во-первых, он младше, его время просто ещё не пришло. Во-вторых, он мальчик, а мальчики развиваются медленнее девочек. Возможно, его силы проснутся годам к десяти, если не позже. В-третьих… - она чуть улыбнулась, - он мальчик, а среди мальчиков меньше способных к магии, чем среди девочек. Анни возле окна заинтересованно приоткрыла рот. - То есть, возможно, Том вообще не станет чародеем? – уточнил Аларм. - Кто знает, - задумчиво отозвалась Виллина. – Мне всё же не так часто приходилось сталкиваться с магической наследственностью, так что не могу сказать… - Да уж, у нас это вообще редкость, - вполголоса проговорила Элли. Как-никак они с Алармом – исключительная пара. Стелла ещё до их свадьбы как-то проговорилась, что волшебницы почти никогда не выходят замуж и тем более – не заводят детей, на её памяти такого не случалось в течение нескольких столетий. Причины этого весьма разные: у кого-то нет времени на семью, у кого-то – просто нет желания, а у кого-то и возможности. Некоторые – особенно те колдуньи, которые используют тёмную магию – просто не могут иметь детей. В истории же Волшебной страны Анни и Том, наверное, единственные дети с врождённой магией за всё время её существования. - А почему магия проявилась именно сейчас? Или это не зависит от возраста? – поинтересовался Аларм. Виллина пожала плечами. - Честно говоря, не знаю. Но это наверняка может сказать Стелла. - И что теперь? – задала Элли мучивший её вопрос. Виллина с недоумением посмотрела на неё, и девушка смутилась: - Ну, я понимаю, теперь Анни станет волшебницей. Но это… само собой произойдёт? Или ей надо как-то специально учиться? Анни напряглась. Перспектива учиться ещё чему-то, помимо обычных уроков, её явно не радовала. И так она полдня сидит взаперти в классной комнате. Но вдруг пронесёт? Не пронесло. Виллина серьёзно сказала: - Конечно, с ней надо заниматься. Во-первых, чтобы направлять магию в нужное русло, чтобы она не вышла из-под контроля – Анни ещё не способна к этому сама, и мало ли что может случиться… А во-вторых, магическое образование волшебнице никогда не помешает. Вспомни себя. Элли вздохнула. У неё с магическом образованием было почти на нуле. Тут скорее была очень быстрая и очень напряжённая постоянная магическая практика. Если бы Элли сейчас была настроена шутить, то она бы назвала эту практику «экспериментальной», потому что подавляющее большинство заклинаний и прочих магических действий приходилось впервые применять прямо на поле боя. Ну или в иной экстренной ситуации. Образование же длилось всего около недели, а потом уже приходилось «на лету» улавливать всё, что мимоходом говорили другие волшебницы: Стелла, сама Виллина, и даже Корина. А позже ещё и Ланга. Магические книги, хотя и были магическими, но не были учебниками. В этом отношении даже Корине повезло больше: у неё хотя бы первые годы было жёсткое руководство Гингемы. Элли от всей души понадеялась, что у её дочери такого не произойдёт. Она постарается обеспечить Анни нормальное образование для волшебницы, насколько это в её силах. Да, в общем-то, ничего глобально-ужасного в ближайшее время не предвидится, чтобы маленькой Анни спешно приходилось становиться в ряды старших чародеек. - Но я совсем не знаю, что делать, - призналась юная Хранительница. – Я даже не представляю, чему её учить. Анни во все глаза глядела на маму. Впервые на её памяти мама чего-то «не представляла». Не считая, конечно, случаев вроде «Не представляю, где ты могла так растрепаться и измазаться?!». Виллина выжидательно, с ободряющей улыбкой глядела на Элли. - Ну… - совсем потерялась та и решительно закончила: - Если бы вы мне помогли, я была бы вам очень благодарна! Прекрасно. Анни вздохнула так глубоко, что все оглянулись на неё и дружно засмеялись – негромко и необидно. В общем-то, девочка всегда любила визиты к Виллине, но только за то и любила, что такие дни её освобождали от всех занятий. Нет, лентяйкой Анни тоже не была, просто ценила свободу больше, чем учёбу. У Виллины всегда было множество интересных вещей, а ещё она могла рассказывать интересные истории – впрочем, Стелла тоже, - а теперь что это такое будет? Вообще, как это будет – уроки магии? Анни не раз видела, как творит волшебство Элли: слова, жесты, прикосновения, - но знала, что это ещё далеко не всё. Анни глядела на взрослых так жалобно и даже испуганно, что Элли не выдержала и ласково протянула руки: - Ну иди, иди сюда! Анни слезла с тумбочки и подошла к маме, но Виллина перехватила её руки и развернула к себе. - Ну-ка, дитя, расскажи теперь ты, что тебя тревожит. Анни постояла немного, собираясь с мыслями. И наконец спросила: - А мне теперь совсем нельзя будет в игрушки играть? Все снова рассмеялись. Анни смотрела обиженно. У ребёнка жизненно важная проблема, а вы смеётесь! - Почему ты так решила? – спросила наконец Виллина, в подслеповатых глазах которой ещё поблескивали слабые искорки веселья. - Ну-у-у… раз я теперь такая большая. А мы с Томом начали на берегу пруда строить домик для медвежат и не закончили. У детей одними из любимых игрушек были маленькие, размером с палец, деревянные медвежата, общим количеством в двенадцать штук. Все они были разные, у каждого было своё имя, свои привычки, характер и бурная, полная опасностей жизнь. Главным врагом медвежат была некая Девочка (порой подозрительно напоминавшая Корину), от которой они вечно спасались и прятались. Игра продолжалась с большим успехом уже два с лишним года и надоедать пока не планировала *. Анни подумала, что было бы очень обидно отдавать всех медвежат Тому, ведь он не умеет правильно в них играть. Они у него ни дом не обставят, как надо, ни еду не приготовят (читайте, мёд в лесу не найдут), ни посуду не помоют, зато наверняка будут носиться по лесам и драться. А это неправильно. Элли прикрыла лицо ладонями. Виллина, тихонько смеясь, погладила Анни по голове. - Я думаю, что раз уж медвежата тебе никак не мешали в учёбе до сих пор, то и в дальнейшем не помешают тоже. - Это хорошо, - облегчённо вздохнула Анни. – А бегать в «Летучих обезьян» можно будет? Аларм за её спиной чуть нахмурился. - Анни, деточка, я уверена, что у тебя будет вполне достаточно времени побегать и поиграть, - заверила девочку Виллина. – И уроки магии, я надеюсь, тебе понравятся. Анни по-взрослому вежливо улыбнулась и кивнула. - Я надеюсь также, - продолжила старая волшебница, - что Стелла тоже примет участие в твоём обучении. – Она уже обращалась больше к Аларму и Элли, чем к Анни. – У неё в своё время было больше опыта в общении с потомственными волшебниками, да и что касается непосредственно уроков магии… Тоже наверняка что-то посоветует дельное. Советую ещё навестить её, вместе с Анни, разумеется, - и она снова положила руку на головку девочки, попутно пригладив её пушистые косички. - И ещё, Элли, я бы не была против, если бы и Корина проявила участие… Элли резко помрачнела. Аларм с тревогой взглянул ей в лицо, и она чуть заметно качнула головой. - Я не думаю, что это так необходимо, - вежливо и сдержанно ответила она Виллине. Та не стала настаивать. - Ну, решать вам, конечно. Анни вопросительно обвела взглядом взрослых, и Аларм первым понял её страдания. - Матушка Виллина, мы можем уже отпустить Анни в парк? - Конечно, - кивнула волшебница и ласково сжала на прощание маленькую ручку девочки. – Кстати, Анни, спустись в кухню и захвати с собой хлеб для птиц. В прошлый раз им всем очень понравилось твоё общество. Девочка просияла, обрадовано пробормотала что-то вроде «спасибо, до свидания» и через пять секунд уже исчезла. Лёгкий топот по коридору показал её дальнейший путь к лестнице на первый этаж. Виллина с улыбкой прислушалась. - Шаги точь-в-точь как у тебя в её возрасте, - она взглянула на Аларма. – И ещё ты, кажется, точно так же подпрыгивал на повороте лестницы. - Это только тут, - буркнул Аларм, смутившись. – Дома они с Томом решают проблему спуска намного проще. Виллина чуть подняла брови. - Съезжают по перилам, - пояснила Элли. – Энни им как-то показала. Теперь никак не можем отучить их от этой привычки. - Рано или поздно надоест… - отозвалась Виллина и снова посерьёзнела: – Главное, Элли, пока что – хотя бы первые несколько месяцев – контролируй её, не позволяй ей пользоваться магией без тебя, и особенно – в присутствии посторонних. Мало ли что она может натворить. - Я её уже об это предупредила, - кивнула Элли, радуясь, что хотя бы тут она не прогадала. Всё-таки воспитание будущей волшебницы – большая ответственность. После Виллины отправились к Стелле. Пришлось пересечь всю страну. Элли подумала, что надо было Энни взять с собой, она ведь хотела навестить Стеллу. Но потом решила, что ничего страшного, сестра может и подождать, а вот с Анни ждать нельзя. Стелла была не только большим другом семьи правителей Изумрудного города – она была Анниной крёстной. Во всяком случае, так считалось, что одно время давало повод Энни для бесконечных (но добрых) шуток на тему крёстных-фей из старых сказок. В Волшебной стране таких сказок не было, поэтому её понимали только Элли, Виллина и сама Стелла. Анни к своей «крёстной» (за отсутствием религии в Волшебной стране и отсутствовало таинство Крещения) относилась с большой привязанностью, а Стелла девочку просто обожала и частенько её баловала сверх меры. Элли опасалась иногда, что Анни от этого будет слишком изнеженной, капризной и самовлюблённой, но в любом случае влияние родителей пока перевешивало. Всё-таки Стелла, несмотря на все свои таланты, никогда не воспитывала детей. На этот раз Анни не захотела идти вместе со взрослыми во дворец и осталась в парке – у неё там были свои любимые уголки, а среди придворных Розового дворца – немало знакомых. Правда, в основном это были дамы в стиле «Ах, какой чудесный ребёнок! Ах, какое у тебя прелестное платьице! Анни, а ты на кого больше похожа? На маму? А глазки у тебя от кого? От папы? А ты маме помогаешь? А ты учишь уроки? А твой братик на кого похож?» «Интересно, - думала при этом Анни, - они меня каждый раз обо всём этом спрашивают. И какая им разница, от кого у меня нос и уши? Ещё бы ногти стали разбирать, на чьи похожи». Руки она при этом старательно прятала под оборки платья. Чтобы не было заметно, что она только что копалась в земле. Дамы Розового дворца бы этого не вынесли. Взрослые действительно вполне оказались способны начать беседу без присутствия Анни. Элли рассказала вкратце о том, что произошло с Анни и передала разговор с Виллиной. В том числе и вопрос: почему именно сейчас? - Ну, - Стелла задумалась, подбирая слова и вспоминая, - меня, например, тоже учили магии именно с восьми лет. В этом возрасте ребёнок уже способен осознавать, что делает, но ещё не… - Стелла замялась, - как бы это объяснить… не боится ошибок и не… ну, не так много думает, а значит, может легко пользоваться фантазией. Он ещё не взрослый, но уже не младенец. Самый лучший возраст для развития магии считается от восьми до двенадцати лет. Хотя, конечно, бывают исключения, - закончила она. Элли натянуто засмеялась. - Например, я? Стелла неожиданно покачала головой. - А вот и нет. Сколько лет тебе было, когда ты впервые попала в Волшебную страну? - Восемь, - удивилась Элли. – Думаете, это на что-то повлияло? - Несомненно. И кстати, не исключено, что именно твой возраст на тот момент и повлиял на то, что Анни стала волшебницей тоже в восемь лет. Видимо, это передаётся. - Но я же не была волшебницей. - Но ты ею стала, - спокойно ответила Стелла. – Пусть и позже, чем нужно, но какое-то влияние магия оказала на тебя уже тогда. Элли поморщилась, соображая. - Какое-то… слишком простое объяснение, - наконец сказала она нерешительно. Аларм чуть насмешливо покосился на подругу. - Как всё гениальное… Элли покосилась на него и предпочла проигнорировать реплику. - Виллина сказала, что может помочь в Аннином обучении… - нерешительно сказала она Стелле. Та с готовностью кивнула: - Разумеется. Я бы тоже с радостью поучаствовала, если ты позволишь. Учительницей мне, правда, не доводилось быть, но буду ориентироваться на ученические воспоминания… - Бедная Анни, - вздохнула Элли, впрочем, сожаление было притворным, и все это видели. – То бегала себе по всему парку летучей обезьяной… - Аларм не сдержал смешка, вспомнив вид дочери, когда он нашёл её в последний раз после игры, - а теперь сиди и учи уроки. - А почему ты решила, что уроки магии будут происходить так же, как школьные? – удивилась Стелла. – Ничего подобного. Магия – это ведь не математика, которую можно познать, не выходя из комнаты. Ты ведь сама это понимаешь. Элли понимала. Она смущённо уставилась в пол. Ну почему она уже десять лет как волшебница, а до сих пор постоянно делает какие-то промахи? Нет, понятное дело, что «век живи, век учись», но… не на таких же элементарных вещах спотыкаться. Стелла с Виллиной смотрят снисходительно – это ещё ладно, но когда презрительно щурятся Ланга с Кориной – это неприятно. Она, в конце концов, в магии не слабее их. Хорошо, что их тут нет. И к Анни она их не подпустит. Пусть даже у Энни с Лангой отношения почти дружеские. - И вот ещё что… - задумчиво протянула Стелла. – Может, Анни останется здесь ненадолго? Вечером я её отправлю домой. Такое уже не раз бывало, поэтому родители новой волшебницы спокойно переглянулись и дружно кивнули. А пока старшие пересекали всю страну в нескольких направлениях и решали неожиданные проблемы, Том, воспользовавшись свободой и мягким характером тётушки, уговорил Энни пойти гулять. Та ничуть не возражала, и они отправились в город, на площадь Трёх Фонтанов. Впрочем, гуляли они скорее каждый сам по себе: Том быстро нашёл своих приятелей и затеял шумную игру на военно-шпионские темы, а Энни, махнув рукой на то, что через каждые пятнадцать минут где-то поблизости раздавались возмущённые крики «Неужели нельзя не шуметь под окнами?!» и «Мальчики, по сторонам смотреть надо!» (это Том и его сотоварищи по играм натыкались на кого-нибудь в пылу битвы или побега), села на бортик фонтана и принялась глазеть по сторонам. Ей редко удавалось просто так вот выйти в город и посмотреть на прохожих. Прохожих же ничуть не волновало, что на бортике фонтана, скромно и тихо, не привлекая к себе никакого излишнего внимания, сидит и болтает ногой принцесса, младшая сестра их правительницы. Время от времени кто-нибудь приветственно махал ей рукой или кивал головой, и она отвечала. А так – ну девочка, ну сидит. Ну смотрит. Хотя все в городе знали Энни в лицо, да и как можно было её не знать. Когда солнце стало бить прямо в глаза, Энни пересела на другое место и не сдержала удивлённого возгласа. Неподалёку, напротив неё, сидела вчерашняя знакомая – великий школьный историк с каштановыми косами Дартириция Стоун. Сидела с альбомом в руках и задумчиво рисовала. По её виду было похоже, что сидит она тут уже давно. «А географию кто будет сдавать?» - подумала Энни. Пока она думала, не окликнуть ли девочку, та подняла голову и сделала это сама: - Здравствуйте, ваше высочество. - Э… Привет, Дарти, - в замешательстве ответила Энни. Она не любила «высочество». Так и хотелось вытянуться повыше. - А вы чего тут делаете? – жизнерадостно спросила Дарти, не отрывая карандаша от альбома, но и не глядя в него. Энни даже интересно стало, как же она умудряется так рисовать. Вопрос на несколько секунд поставил Энни в тупик. Как ответить? - Отдыхаю, - наконец нашлась она. – А ты? - Тоже, - рассеянно сказала Дартириция. - У тебя же ещё экзамены, - осторожно напомнила Энни. – Ты не готовишься? Жертва науки махнула рукой. - Я уже замучилась к ним готовиться. В голову больше ничего не лезет. Энни охотно согласилась бы поверить, что в хорошенькую приглаженную головку Дартириции больше ничего не может влезть. Похоже, она заполнена предметами исключительной важности. Дарти некоторое время порисовала молча, а потом подняла глаза на Энни. - А вы на меня не сердитесь? - За что? – искренне изумилась Энни. - Ну, за вчерашний экзамен. Я же всю историю перепутала, - с раскаянием пробормотала девочка. - Перепутала, - согласилась Энни. – Но знаешь, я от этого не пострадала. И даже Урфину… - она чуть не ляпнула «с Джюсой», но вовремя поправилась: - Джюсу ничего не сделалось… И всё же постарайся в следующий раз не путаться, хорошо? - Я её никак не могу запомнить, - в отчаянии пожаловалась Дартириция – и похоже, совершенно чистосердечно. – У меня в голове путаются все люди и даты. - А любимый предмет у тебя какой? – спросила Энни. Дарти пожала плечами. - Не знаю. Я люблю рисовать… Но по рисованию не сдают экзамены. - Хочешь стать художницей? - Наверное, - не очень уверенно ответила девочка, снова уткнувшись в свой альбом. – Ваше высочество… Энни скривилась. - Слушай, Дарти, можно тебя попросить? Кончай с этим высочеством. - Хорошо, - Дарти вздохнула с явным облегчением. – А правда, что говорят – принцесса Анни теперь будет волшебницей? Энни дёрнулась и чуть не свалилась в фонтан. Ничего себе, быстро распространяются слухи! Это кто же разболтал, интересно? Том, что ли? Да ну, у него другие интересы… - А откуда… - начала Энни и замолчала. Девочка улыбнулась: - Уже полгорода знает. Дети особенно. Слышали… Кто-то ведь ходил уже в дворцовый парк. Энни неопределённо пожала плечами, не зная, что сказать. Дартириция снова замолчала, водя карандашом по бумаге, а потом спросила нерешительно: - А по этому поводу никаких праздников не устроят? Энни вынырнула из своих размышлений. - Нет, тут уж точно не устроят… Да и зачем? Дарти смущённо вздохнула, положила ещё один штрих и принялась складывать всё в сумку. - Да так… Я думала: вдруг экзамены отменят. Энни так и застыла с раскрытым ртом, не зная, смеяться или сердиться. К огорчению Дарти, Элли не только не захотела устроить праздник, но и с удовольствием бы скрыла до поры до времени этот факт, но не вышло. Известие о том, что Анни теперь волшебница, действительно распространилось довольно быстро. Уже неизвестно было, кто же начал первым, но в итоге все винили Тома. Который, впрочем, и не думал этого отрицать. «А меня и не просил никто секретничать», - заявлял он в своё оправдание. Поэтому к вечеру все друзья королевских детей умирали от любопытства посмотреть, как Анни будет творить волшебство. О чём сама Анни не подозревала. Она с удовольствием осталась в Розовой стране. Зато Элли с Алармом особой радости не испытывали – намного больше у них было чувство тревоги. Элли мысленно записывала в свой список каждодневных забот индивидуальные занятия с Анни, а Аларм тихонько ругал Элли за то, что она слишком мало занималась дочерью, из-за чего у девочки периодически проявляются какие-то немножко мальчишеские наклонности. - Аларм, это нормально в её возрасте, - пыталась успокоить его Элли. – Дети, пока они не подростки, ещё не очень-то осознают разницу между мальчиками и девочками и ведут себя соответственно. Аларм подумал. - Но не все же, - уверенно возразил он. – Я в детстве всегда осознавал, что с девчонками не стоит связываться, потому что они глупенькие и слабые. Элли заинтересованно посмотрела на рыцаря. - Стереотипы, значит… Надеюсь, позже ты убедился в обратном? - Не-а, - пожал плечами Аларм, чуть прищурясь – непонятно, от солнца ли или в улыбке. – То есть не совсем. В частности, я убедился, что их частенько приходится откуда-нибудь спасать, а ещё им часто нужна моя помощь… - Понятно, - глубокомысленно кивнула Элли. – Что ж, она всегда была своевременной. В общем, что я хочу сказать. Вот увидишь, Анни подрастёт и приобретёт больше девичьих навыков и привычек. – Элли помолчала немного, вернувшись к прежним мыслям, и вздохнула. – Никогда не думала, что мне самой придётся кого-то учить магии. Как-то в этом плане я привыкла себя представлять больше ученицей. - Вот заодно и сама подучишься, - развёл руками Аларм. – Ты же сама мне рассказывала: хочешь научиться сам – научи другого. - Главное, чтоб она ничего не натворила, - обеспокоенно заявила Элли. – Ещё начнёт читать заклинания на людях… Анни, однако, вовсе не планировала держать свои новые умения в секрете. Правда, пока что, в данном случае, из зрителей (и собеседников) перед ней была только Стелла. Но зато ей можно было и похвастаться как следует, и высказать все свои мысли, и поделиться всеми дальнейшими планами. Волшебница Розовой страны знала, что Анни на самом деле больше фантазирует, чем действительно собирается претворить что-либо из них в жизнь, поэтому слушала девочку спокойно и поддакивала. Одновременно присматриваясь к своей подопечной повнимательнее и размышляя. «Элли вполне справится сама, она умная и сможет контролировать силу собственного ребёнка. Вопрос в другом – как бы она в этом не перестаралась». Магии невозможно научить, сидя в четырёх стенах и строго по расписанию. Когда Стелла и её сестра учились, то у них уроки проходили когда и где угодно, в любой подходящий – и не очень – момент. Конечно, было и такое, что приходилось назначать специальное время и место для отработки какого-то навыка или действия, но это больше походило на традицию, например, облачные полёты – на рассвете: приятное с полезным. «Надо будет ещё отдельно поговорить с Элли». Тем временем у Анни кончились фантазии и начались расспросы. - А я смогу читать мысли, как мама? – поинтересовалась она. - Наверное, - Стелла очнулась от своих размышлений. – Когда потренируешься. - А я смогу сделать так, чтобы мама мои мысли не слышала? Ну надо же! Уже строит какие-то свои теории… - Вообще-то такое возможно, но каждый маг добивается этого по-своему, - объяснила волшебница. – В силу своей индивидуальности… - Ага, - серьёзно кивнула девочка. – А у меня есть… индивидуальность? Стелла засмеялась и погладила Анни по голове – невольно повторив жест Виллины. Маленькая принцесса поморщилась и чуть отстранилась. Сколько же её ещё будут гладить по голове? Раз уж она такая большая, то так делать нельзя. С другой стороны… Она подумала и снова ткнулась макушкой в руку Стеллы. В игрушки же играть можно? Значит, ещё не большая… - Конечно, есть. Ты – самая необычная девочка во всей Волшебной стране. Анни подняла бровки. - Но ты же понимаешь, что это очень ответственно и сложно, - добавила Стелла. - Конечно, понимаю, - вздохнула Анни. И строго добавила: - Но играть мне всё-таки разрешили. Стелла только улыбнулась в ответ. Сказать ей было на это нечего, но подумать… «Игра – это и есть волшебство… Самое большое детское волшебство. Взрослые этого уже лишены…» Наверное, именно поэтому Хранительницей Волшебной страны стала девочка. Правда, взрослая девочка, но с детской душой. Хорошо будет, если Анни удастся это сохранить. Продолжение следует _________ * Да простят мне читатели беззастенчивое списывание деталей собственной биографии и собственных игрушек. Корина тут, в общем-то, была ни при чём, но совпало.

Annie: Анни вернулась домой поздно вечером (Стелла отправила её на облачке). И это спасло её и всю семью от излишнего внимания, потому что дети, как бы невзначай с утра толпившиеся в парке, уже давно разошлись по домам. Правда, один ребёнок во дворце всё-таки оставался, и это был Аннин родной брат, Том. Несмотря на то, что родители ему уже каждый по сто раз повторили «Не приставай к сестре», он не мог удержаться. Он смирно вёл себя, пока Элли следила за тем, чтобы они как следует умылись и тихо легли в постель, а потом немного посидела на кроватке каждого и пожелала спокойной ночи. И даже изобразил, что спит. Анни не изобразила, но была близка к тому, чтобы заснуть по-настоящему – день выдался тяжёлым, а время было уже позднее. Если она и была перевозбуждена поначалу, то сейчас волнения и переживания сменились усталостью. Но как только Элли тихонько закрыла двери и ушла, Том приподнялся на локте и зашипел: - Анни, ты спишь? - Сплю, - буркнула в ответ сестра. - Анни! - Ну чего тебе? – Анни с досадой потёрла глаза. Ей очень хотелось спать. - Так тебя будут учить магии или нет? - Будут. Всё, я сплю, - она отвернулась к стенке и зажмурилась, как будто Том мог это видеть. - Анни! Анни не ответила. Тогда Том вскочил, пробежал через комнату, прыгнул на кровать сестры и затормошил девочку за плечо. - Том, отстань! – она взмахнула рукой и чуть не попала брату по лицу. Тот отпрянул. – Дай поспать человеку! - Анни, наколдуй что-нибудь, - попросил Том. Анни села, раздосадованная, сонная и растрёпанная. - Колдуют колдуньи, - проворчала она. – А феи творят чудеса. Так Энни говорит. Кроме того, мне мама сказала, чтобы я не пользовалась магией без её присутствия. Уйди с моей кровати, ты мне на одеяло сел. Том встал, но не ушёл. - Ну Анни! Ты же чуть-чуть! Покажи что-нибудь, а? Один разочек! Ну пожалуйста. - Завтра, - твёрдо сказала девочка, откидываясь на подушки. – С мамой. Том состроил умоляющее лицо. - Ань, ну пожалуйста. Я же сейчас хочу посмотреть… А я за тебя завтра уборку в комнате сделаю. А? Анни задумалась. Перспектива была приятная: она не очень любила уборку (хотя Том тоже), а Элли требовала, чтобы порядок в своей комнате дети поддерживали сами. Что, правда, не отменяло частой помощи Энни. С другой стороны, мама ей не разрешила применять магию самостоятельно. Но ведь она же чуть-чуть, значит, мама может и не заметить. - Ладно, давай, - Анни снова встала. – Только ты отойди. Том послушно отошёл. Анни подумала немного и решила зажечь свечу. Она часто видела, как Элли зажигает свечи одним только взглядом. Значит, рассудила девочка, это несложно, и у неё тоже всё получится. Она взяла подсвечник со стола и представила огоньки наверху каждой свечки. Элли едва только начала готовиться ко сну, как вдруг за стеной раздался грохот. Что-то случилось в детской. Она растерялась, метнулась к двери, к окну, потом всё-таки выскочила в коридор и вбежала в комнаты детей. Ещё через несколько секунд там же оказались Аларм и Энни. Дверь в спальню была распахнута, но там было темно. Пока Элли не успела вообразить себе всё самое худшее сразу, оттуда раздались милые голоса: - Мама? Энни? Папа? Элли облегчённо вздохнула и схватилась за спинку ближайшего кресла. У неё дрожали ноги. - Что здесь произошло? – деловым тоном спросил Аларм. В дверях показались две фигурки. Чумазые, растрёпанные, но вроде целые. Фигурки молчали и растерянно смотрели то друг на друга, то на старших. Энни бодро прошагала вперёд, раздвинула детей и заглянула в спальню. Элли, немного успокоившись, последовала за ней, запустив под потолок сгусток мягкого беловатого света. При виде того, во что превратилась спальня детей, у неё глаза полезли на лоб. - Что здесь было? – потрясённо проговорила она. - Признавайтесь, что вы натворили, - строго потребовал Аларм, взяв обоих детей за плечи. - А… Э… А… - выдавила из себя Анни. - Мы… мы-мы… ну… - пролепетал Том и тоже замолк. Вид был впечатляющий. Создавалось впечатление, словно тут произошёл взрыв. Стулья были перевёрнуты. Ночные столики закинуты на кровати. В шкафу упали все полки, дверцы были оторваны. Подсвечник превратился в лужу расплавленного металла на полу. Сам пол стал чёрным, местами паркет был выбит. Занавески дымились. Как и ночные рубашки детей. Косы Анни каким-то чудом не пострадали, но она держала во рту обожжённые пальцы. - Что здесь было? – повторила Энни. И тут Анни расплакалась. То ли от того, что усиливалась боль от ожогов, то ли от того, что она боялась наказания, то ли от сильной усталости, но она просто села на пол и разрыдалась. Анни вообще редко плакала, но сейчас был явно исключительный случай. Первой отреагировала Элли. Она опустилась рядом с дочерью и обняла её. - Ну, Анни, милая, не плачь. Расскажи мне всё. Тебе больно? Дай руки. Анни протянула матери обе руки, не переставая всхлипывать. Том, растерянный, стоял рядом и гладил сестру по голове. Всё-таки это была и его вина. Элли быстро ослабила боль, Энни принесла племяннице воды. Аларм тем временем оценивал масштабы разрушения. Успокаивая дочь, Элли потихоньку считывала из её мыслей воспоминания о произошедшем. - Анни, я разве тебе не говорила, чтобы ты не применяла магию, когда меня нет? - Го-говорила, - сквозь слёзы согласилась Анни. - Тогда зачем ты это сделала? – мягко спросила Элли. Анни не ответила. - Что она сделала? – шёпотом спросил Аларм у Элли. Та махнула рукой: - Потом объясню. Анни, - обратилась она снова к дочери. – Ты же понимаешь теперь, почему я тебе это сказала? - Но ведь утром у меня всё было хорошо, - с отчаянием возразила девочка, прижимаясь к Элли и кладя голову ей на плечо. - Но ведь утром ты не пыталась ничего зажечь. Просто ты не проконтролировала выброс собственных сил, и вот что получилось. Ты хотела всего лишь зажечь свечку, но использовала столько сил, что их хватило бы сжечь целое дерево. Пока ты не научишься контролировать себя сама, тебя будут контролировать другие. Если бы рядом была я, то я бы быстро погасила лишний всплеск энергии и не допустила бы таких разрушений. Понятно? - Понятно, - пробормотала Анни и закрыла глаза. - Завтра мы с тобой обязательно будем заниматься, и ты сможешь сколько угодно тренироваться в магии, но сама, пожалуйста, не экспериментируй больше. Хорошо? Анни не ответила. Элли взглянула в личико дочери и обнаружила, что та крепко спит. Элли обвела взглядом присутствующих. - Она устала… Волшебство требует слишком много сил, а она сегодня и так переволновалась. Аларм взял Анни на руки. - Что будем делать? – тихо спросил он. - Я сейчас тут всё уберу. Завтра не будем её будить, пусть выспится. Через пять минут спальня приобрела прежний вид, и Анни осторожно уложили в кровать. Том, притихший, постарался лечь спать так, чтобы его никто не заметил. Впрочем, он знал, что завтра его ждёт серьёзный разговор. Серьёзный и безрадостный.

dumalka: Этот отрывок почему-то больше всех понравился.

Annie: dumalka, мне он тоже нравится (хотя и не в литературном плане)... Наверное, потому, что тут вся их семья.

dumalka: Annie пишет: Наверное, потому, что тут вся их семья. Не только вся семья... Ещё ощущается здесь какая-то... семейная нежность. Действительно чувствуется, что в этой семье есть любовь.

Annie: dumalka пишет: Ещё ощущается здесь какая-то... семейная нежность. Действительно чувствуется, что в этой семье есть любовь. Это хорошо... А то я уже думала, что у меня никогда не получится это показать. Раньше они только ссорились )

Annie: Ночной Изумрудный город… Ночью всё тихо. Волшебная страна – не Большой мир, где зачастую вечером жизнь в городах только разгорается и угасает к пяти утра. В Изумрудном городе такое случается только в дни больших праздников, да и то не каждый раз. Здесь слишком много интересных и нужных дел, и проспать полдня – просто самому обидно будет. Изумрудный дворец тоже замирает. Сонный дежурный у входной двери (понятие «стража» здесь как-то отсутствует за неимением надобности, да и привычки в таковой) да ещё несколько таких же на разных этажах – просто для порядка и «на всякий случай», но и они клюют носом. Не спит только Страшила, но ему никогда не нужно ни спать, ни есть. Чаще всего по ночам он читает. Поначалу он делал это при свечах, но как-то раз Элли распереживалась: соломенный человечек, книги – и вдруг живой огонь. Тогда Аларм принёс Страшиле целую гроздь светящихся шариков из страны Рудокопов. Правда, Энни немедленно утащила половину, а Анни и Том, когда подросли, выпросили их у неё для себя. Но Страшила был не в обиде. А иногда по ночам не спит и Элли. Бывают такие ночи, когда она о чём-то с вечера настолько задумается, что никак не может заснуть. Или погрузится в воспоминания, или начнёт строить какие-нибудь планы. Или просто будет о чём-нибудь переживать. Сегодня была как раз одна из таких тревожно-задумчивых бессонных ночей. Элли думала об Анни. Переживаний днём ей не хватило. Анни ещё недавно была таким милым ребёнком – и вдруг стала такой большой девочкой… феей. Элли вспоминала дочь в её младенческие годы. Она помнила всё. Со стороны казалось, что Элли не так уж много внимания уделяет собственным детям, погруженная в государственные заботы, но недостаток времени юная королева компенсировала повышенным вниманием и памятью обо всём, что происходило. И даже записывала кое-что. Нет, она не вела регулярный дневник, как Энни, но иногда на неё накатывало непреодолимое желание записать все мысли на бумаге и разобраться в них, наедине с самой собой, в тишине. Часы на главной башне дворца пробили полночь, и звон колокола окончательно отогнал всякий сон. Элли знала, что завтра она будет с утра хмурой, уставшей и не выспавшейся, но заставить себя заснуть она не могла. Она встала и вышла в соседнюю комнату. Там было что-то вроде её личного кабинета. Письменный стол, шкаф со стеклянными дверцами, два стула. Белые занавеси на окне. Портреты на стенах. Больше – ничего лишнего. Элли порылась в шкафу и достала старую тетрадь. 29.04. * Анни мне впервые улыбнулась. Аларм, впрочем, утверждает, что она улыбнулась ему, но я-то знаю, что мне. И она сегодня почти не плакала. Я почти полдня гуляла с ней в парке, но потом пришлось идти и утверждать планы по перестройке ювелирного магазина (улица Мраморная, 5), я думала, что это быстро, но разговоры затянулись на целый час. Энни бродит за мной как тень и умоляет дать ей понянчиться с Анни, но мне всё страшно – вдруг она что-нибудь не так сделает. Хотя это смешно, ведь для Энни это двенадцатый ребёнок, которого она воспитывает, а для меня, считая саму Энни – только второй. _____ * - Элли отмечает числа и месяцы в своих записях по счислению Большого мира, привычном для нас и для неё. Так что здесь все числа и месяцы совпадают с нашими. Но годы в тексте отмечены двумя звёздочками. 21.05. Какой ещё ребёнок может четыре часа подряд махать ногами в воздухе? Анни машет и улыбается. Машет и улыбается. Она прелесть. Аларм тоже так считает. Похоже, он думает, что дочь принадлежит исключительно ему. 03.06. Сижу с Анни в библиотеке. После десятого за час посетителя библиотеки спрятались у Энни в её уголке за шкафами (надо сказать ей, чтобы навела здесь порядок). Мне не хочется, чтобы мою дочь хватали за руки и сюсюкали с ней все кому не лень. Она бесконечно милая, но это не повод для глупых причитаний. 15.07 Анни так внимательно смотрит, когда я пользуюсь магией… Мне как-то даже не хочется творить волшебство при ней. 07.08. Сидит… Сидит и смотрит на меня своими синими глазищами. Энни на это сказала «кончилась твоя спокойная жизнь». А ещё она решила, что это ей такой подарок на день рождения. Ну уж нет, пусть выбирает себе другой подарочек… Надеюсь, вечером во дворце не будет слишком шумно. Хотя, в крайнем случае, я блокирую шум, но всё равно не хотелось бы. Хорошо, что Энни это понимает. Всё-таки у меня замечательная семья. 03.09 Анни хнычет целый день. Энни говорит, это зубы. Что мне сделать, чтобы моей дочери не было неприятно?.. 25.09 Дружно удивляемся, почему Анни не ползает. Вроде уже пора. Или нет?.. 11.10 Анни встала! За две руки, но встала. Правда, это были руки Аларма, о чём он мне и сообщил, когда принёс это очаровательное создание в тронный зал, где мы засели со Страшилой и Дровосеком. Я решила, что встать за две руки – это ещё не пойти, и её первые шаги увижу сначала я. Похоже, у нас серьёзная конкуренция – кто чего первым добьётся. 16.10 Анни восемь месяцев, у неё три зуба (два снизу, один сверху), пушистые светлые волосики на голове (они не вьются, но насколько я знаю, у нас никого не было с кудряшками) и… надо бы её взвесить и измерить. Она говорит «ма», «па», «ня» (это Энни), «тя» (это все, кроме меня, Аларма и Энни), «кхв» (это обозначение Тотошки) и ещё что-то непроизносимое… И она сегодня сделала первый шаг! Точнее, несколько первых шагов. За две руки. Но я этого даже не видела! Энни ходит и задирает передо мной нос. 20.10. Ну вот, первые падения, первые синяки. Я переживаю, Энни меня успокаивает. Я и сама понимаю, что от падения на коленки ещё ни один младенец не умер, но всё равно страшно. Ей же больно, она же плачет. Заставляю себя не кидаться сломя голову на каждый её хнык. Кстати, без меня она быстро успокаивается. Зато Энни удивляется, почему Анни не ползает. Встаёт, шагает (держась за что-то), но не ползает. Почему так?.. 30.10 Анни пошла за одну руку! Но не у меня. Опять Аларм радуется. Что ж это такое… 02.11 Энни целый час бегала с Анни по парку. Они действительно бегали, и Энни, и Анни. У Энни талант подхватывать на лету падающих малышей. Анни ни разу не коснулась коленками земли. А я смотрела на всё это из окна тронного зала. Встреча со старостами ближайших селений, не могла она в другое время состояться… 17.11 Вчера Анни хныкала целый день, зато у неё теперь шесть зубов. Скоро, значит, ещё будут. И только сегодня я решилась повезти её в гости на облачке в Фиолетовую страну. Переноситься с ребёнком – нет, я боюсь. Мало ли что. 19.11 Веса смотрит на Анни такими глазами… Даже не могу определить. Дровосек в общем-то тоже. А их приёмные дети мою малышку просто затаскали, теперь она капризничает. Завтра надо это всё немного ограничить. 28.12 Сегодня Анни сделала первые шаги самостоятельно. И это были мои шаги!!! Она любит вцепляться в чужие волосы. Из-за чего и мне, и Энни, и вообще очень многим дамам постоянно приходится носить гладкие причёски, потому что иначе всё, вцепится и не отпустит. Сегодня утром я не успела причесаться, наклонилась, Анни меня схватила, но я отодвинулась… И она подошла ко мне. Сама. Три шага. И вцепилась снова. Я так счастлива… Зато Аларм теперь обижается, что не увидел первых шагов дочери. Ничего, ему хватает впечатлений. 16.01 Анни 11 месяцев. Мне тяжело её носить на руках, зато Аларм с удовольствием. Правда, она больше любит бегать – да так, что за ней не угонишься. Абсолютно здоровый, счастливый, весёлый малыш. Я так рада. 16.02 Первый день рождения Анни. Будет праздник, но скромный – к тому же Анни ещё слишком мала, чтобы осознать, что это в её честь (хотя прекрасно ощущает себя в центре всеобщего внимания). Она в белом кружевном платье, белых туфельках – настоящая принцесса, а на головке – первый бантик. Правда, она его постоянно срывает, а Энни неотступно ходит за ней и поправляет его. И непонятно, кто из них больше рад. В её словарном запасе уже около 30 слов и отдельных слогов. «Мама» и «папа» уже затвержены, а ещё «и-ди» и «н-ззя», но Энни так и осталась «ня». Завтра ей предстоит позировать на свой первый самостоятельный портрет. Не представляю, как она усидит целый час на одном месте. Хотели сделать портрет семейным (я, Анни, Аларм и Энни), но я пока отказалась. Потом как-нибудь. Элли отвлеклась от чтения записей семи-восьмилетней давности и подняла глаза. Вот он, тот портрет. Анни сидит в кресле, в белом кружевном платье (том самом, в котором была на празднике), белых крошечных туфельках, и на голове – белый бантик. Первый. Художник был приглашён из Розового дворца. Сходство портрета с оригиналом оказалось изумительное, малышка вышла как живая. Элли улыбнулась. А вот, кстати, сама Анни почему-то не очень любила этот портрет. - У меня тут слишком круглое лицо, - недовольно заявляла она. – Мама, зачем ты его тут повесила? - Это ты, - просто отвечала Элли. – И ведь тебе тут всего лишь год. Анни только морщилась… Здесь портреты всех членов семьи в разное время. В Волшебной стране нет фотографий, и приходится довольствоваться тем, что есть. Общий семейный портрет нарисовали только через три года. Анни – четыре, Тому – три. Он стоит немного насупленный, с саблей в руках и босиком, зато Анни – манерная маленькая дама с очаровательной улыбкой и изящно отставленной ножкой, как будто танцует. Элли перебирала свои старые дневники с записями, посвящёнными детям, и заново просматривала всю их жизнь. Особенно Анни. Сейчас ей больше хотелось вспомнить о дочери… 16.08.** Анни полтора. Энни, кажется, хочет сделать из неё гения. Она вознамерилась учить её читать. Допускаю, что это возможно, но стоит ли?.. 10.11. Анни бойко рассказывает стишки «три маленькие феечки» и начало про двух маленьких котят и сердитую хозяйку (только без буквы Р, конечно). Энни с ней выучила. Мы смеёмся. Особенно над феечками. Я этого стишка даже и не помню. Энни же размышляет над тем, по отношению к кому этот стишок мог бы оказаться правдой? А буквы она действительно знает. Я даже поразилась. А ещё она смотрит на Тома и спрашивает, почему эта кукла всё время спит. Но Том не спит. Вчера он начал улыбаться. Довольно поздно по сравнению с Анни, но Аларм сказал, что он мальчик и ему так положено – меньше улыбаться. Я не стала спорить. Тем более что Энни сказала то же самое, и я оказалась в меньшинстве. 17.02.** Вчера Анни исполнилось два года. Делает вид, что она самостоятельная личность. Она говорит практически всё (и хорошо, что молчать умеет тоже). Сама хочет ходить гулять в наш парк и требует, чтобы ей обязательно завязывали пояс на платье. Она в меня. Я тоже с раннего детства требовала платья с поясом. Проблема в том, что она не видит разницы между праздничным платьем и будничным, и вчера влезла в песочницу в новом парадном, которое ей надели специально к празднику. Но оно, к счастью, не сильно пострадало, так как Страшила вовремя это заметил. Ещё одна радость – её не надо заставлять есть. Она сметает всё, что дают, и бежит дальше. Кажется, у Энни тоже так было, но с возрастом прошло… Том вчера хныкал целый день, и мне пришлось уйти с праздника довольно рано. У него тоже зубы. Ну вот он, портрет двухлетней Анни и Аларма рядом с ней. Папа и дочь. Они похожи. Анни, улыбчивая, с короткими светлыми волосами и на этот раз без банта. Аларм – серьёзен, как всегда, только в глазах радость, что у него уже такая большая девочка… И у обоих – совершенно одинаковый взгляд. Ну да, они смотрели на Элли в тот момент, когда художник этот взгляд подхватил. А вот портрет Энни. Неизвестно каким образом он вдруг возник, Энни обычно не любила долго позировать подобным портретам. Элли даже удивилась, когда его увидела. - Это мне вроде как ко дню рождения, - объяснила тогда младшая сестра. Энни на этом портрете сама на себя была не похожа, но ей нравилось. Не в том смысле, что внешность передана неверно. Просто Энни очень редко была такой светской юной леди с гордой осанкой. А следующий портрет – тот самый, семейный, где изображены они все вместе, рядышком. 25.07.** Оказывается, это довольно трудно – собрать всю семью в одном месте в один момент. У Тома болит горло. Анни забегалась в саду. Аларм вообще хотел отправиться в Жёлтую страну, Энни только прилетела от Стеллы, обо мне и говорить нечего. Полчаса уговаривали Анни надеть её парадное платье. Ей вдруг разонравились в нём рукава. А Том непременно хотел взять с собой меч Аларма, который Аларм недавно ему дал подержать на минуточку. Нашли компромисс – детскую саблю. Анни уже читает вовсю. Энни говорит, что через год её можно будет отдавать учиться музыке. Недавно я услышала, как они вместе поют. Почему я так часто узнаю самое интересное о своих детях в последнюю очередь? Элли задумалась, вспоминая. Анни действительно через год начала учиться музыке, «как и положено ребёнку высокопоставленных особ», сказала Энни, и все с ней согласились. Зато она очень долго не могла научиться выговаривать букву «Р», и это всех тревожило, в том числе и саму Анни, когда в один прекрасный день (ей было уже почти шесть лет) она вдруг неожиданно сказала её чистенько-чистенько. И успокоилась. Обычный ребёнок… Был. Элли не помнила, чтобы Анни когда-нибудь говорила о магии, о волшебстве применительно к себе. Она даже не играла в волшебниц, как многие дети. А может, и играла. Элли этого не заметила… Но Анни интересовалась всеми окружающими её чудесами. 28.04.** - Мама, а рыбы говорят? - Нет. - А птицы? - Говорят. Ты же сама слышишь. - Рыбы живут в воде? - Да. - А птицы на деревьях? - Да. - Значит, если рыб переселить на деревья, они заговорят? 30.05. - У Стеллы облака розовые, у Виллины золотые, а у тебя белые. А если бы папа создал облачко, какого оно было бы цвета? - Папа не может создать облачко, он не волшебник. - А кто он? - Он рыцарь. У него есть меч… - Значит, он летает на своём мече? 12.07 - У Тома есть сестра, это я. У тебя есть сестра, это Энни. А где у папы сестра? - У него нет сестры. - А где она? - Её никогда не было. - Бедный папа. Ему в детстве было очень скучно… 28.08. - В Волшебной стране всегда лето? - Всегда. - А если снег пойдёт, то он растает? - Снег летом пойти не может. - А если он случайно заблудится? Небо большое, тучек много… 13.09 - У Энни обруч делает невидимкой кого угодно или только Энни? - Кого угодно, кто его наденет. - А надевать обязательно на голову? - Необязательно. Можно на руку или на пальчик. - Значит, голова не самая главная наша часть? 14.11. - Мама, дай мне много-много иголок. - Зачем тебе? - Я вставлю себе в голову и буду остроумной, как Страшила. - Анни, тебе нельзя вставлять иголки в голову. Они тебя уколют, тебе будет очень больно, и пойдёт кровь. - Ничего, я закрою глаза и не буду видеть, а Том меня заштопает. Он крови не боится. Я ей дала шпильки для волос. В итоге весь день моя дочь проходила подобием дикобраза, роняя эти шпильки по всему дворцу. 16.01. - Волшебные заклинания сочиняют волшебники? - Да. - А есть неволшебные заклинания? - Нет, заклинания обязательно волшебные. - А как же в Большом мире люди колдуют? 18.03.** - А правда, что Стелла родилась на облаках? - Да, правда. - А дождик там шёл снизу вверх? 15.04. - А можно превращать людей в животных? - Можно, только это нехорошо. - Но ведь они всё равно будут думать и разговаривать, просто так они должны одеваться в одежду, а так на них будут пёрышки или шерсть. Это ведь даже лучше! Одеваться по утрам не надо и ничего не рвётся. 09.06 - Это я нарисовала Энни. - А почему у неё на руке семь пальцев? - Потому что она играет на пианино, а семими пальцами играть удобнее. - А разве Энни по-настоящему семью пальцами играет на пианино? - Нет, поэтому я решила, что хотя бы на рисунке ей будет лучше… 12.07 - Я буду играть в Гингему. - Зачем в Гингему? - Чтобы она была добрая…

Annie: Элли читала записи и тихонько смеялась. И это только слова! А действия? Где-то у неё было ещё записано, как Анни раскрасила себе нос в красный цвет. Как они с Томом забрались на чердак и потерялись там. Как она надела Эллино длинное платье, споткнулась в нём и сильно ушиблась. Как она однажды чуть не упала с облачка. Как нашла на чердаке старую пыльную ленточку для волос и облизала её, но объяснить, зачем – не смогла. Захотелось облизать. При этом ей было уже семь лет. Как спряталась в письменном столе и не могла оттуда вылезти. Как обстригла волосы всем своим куклам. А ещё лучше – себе, но это было много раньше. Сидела-сидела, играла в одиночестве, а потом взяла ножницы и отхватила себе клок волос с одной стороны. Ребёнок… Но странно, почему Анни никогда не высказывала желания – или даже мечты – о том, чтобы стать волшебницей. Или просто Элли не замечала? Чуть скрипнула дверь, и Элли быстро обернулась. - Как ты меня напугал, - сказала она. Аларм улыбнулся. - Ты почему не спишь? – мягко спросил он. Элли махнула рукой: - Да вот… Всё переживаю за Анни. - И погрузилась в воспоминания, - Аларм осторожно взял у неё тетрадь. - Ну да. Знаешь, что мне странно? Анни вроде никогда не хотела стать волшебницей. - Хотела, - спокойно ответил Аларм. - Откуда ты знаешь? - Точнее, не то чтобы хотела, но решила, что будет ею. Ещё давно. - Интересно, - сказала Элли. – Почему я самое интересное о своих детях узнаю в последнюю очередь? Аларм усмехнулся. - Не жалуйся. Тебе тоже хватает. - А когда это она хотела? Аларм задумчиво полистал Эллины записи и положил тетрадь на место. - Не знаю, помнишь ли ты… У тебя это не записано, похоже. Ей тогда было лет пять. Она ещё спрашивала, куда можно прийти по Жёлтой дороге… или что-то в этом роде. - Как спрашивала, помню, - кивнула Элли. - Ну вот… - А если пойти по Жёлтой дороге, то куда можно прийти? – спросила маленькая Анни у Элли. - Можно дойти до Большой реки, потом попасть в Голубую страну… - начала перечислять Элли, но дочь перебила её: - Нет, нет, я имела в виду – в другую сторону. - В другую? – удивилась Элли. Каким образом девочка узнала о Невидимой Земле? Но расспрашивать её она не стала, решив сначала всё же ответить на вопрос. – Там будет Гора Времени, потом Белый Замок, где живёт Гудвин… - А потом? – не отставала Анни. - Я не знаю, - призналась Элли. – Я там не была. - Жаль, - с философским видом заключила Анни. На следующий день она спросила у Энни: - А если пойти по Жёлтой дороге Туда, в Ту Сторону, то что там будет после Замка Гудвина? - Там будет долина Радуги, - ответила Энни. – Но в неё нельзя попасть, если идти по дороге. - А как? – спросила любопытная Анни. - Надо сойти с дороги и идти вдоль неё по траве, среди цветов, - объяснила Энни. – Видишь, как всё просто. - А кто живёт в Долине Радуги? - Многоцветка. Это девочка, одна из дочерей Радуги. Но точнее, она там не живёт, только приходит иногда. - А что за долиной Радуги? – не унималась Анни. Пять лет – это ещё возраст, когда дети часто задают вопросы. А тут к тому же дело касалось Волшебной страны, а для Анни это было особенно интересно. - А за долиной начинается такой участок дороги, который ведёт либо туда, куда ты знаешь, либо никуда, - ответила Энни. - И куда же можно прийти? – озадачилась Анни. - Можно в Изумрудный город, я думаю, - рассудительно отозвалась Энни. – Только не в этот, не в наш, - поспешила добавить она, - а в другой. - А разве есть другой Изумрудный город? – удивилась Анни. - Конечно. Есть Зеркальный Лабиринт, есть Созвездие Изумрудного города. - А созвездие – это где? - Это далеко, высоко на небе, - теряя терпение, объяснила Энни. - Но если это далеко, то до него ещё что-нибудь должно быть на дороге, - решила Анни. – Ведь правда? - Я не знаю, - сдалась Энни. – Я ведь там не была. Тогда Анни отправилась к Аларму. - Послушай… - начала она, сев рядом с ним. – Если пойти по Жёлтой дороге в Ту Сторону, то что там будет после долины Радуги, но до созвездия Изумрудного города? Я уже спрашивала у Элли и у Энни, но они не знают. Аларм улыбнулся, глядя на доверчивое личико дочери. - Боюсь, я тоже знаю не всё, Анни, - признался он. – Я был только в Мире Облаков, и знаю, что там тоже есть своя, уже не Жёлтая, а Солнечная дорога. Но сам я её не видел. - Солнечная дорога – намного более красивое название, чем Жёлтая, - глубокомысленно заметила Анни. – А кто живёт в Мире Облаков? - Уже никто. Но раньше там жили люди, - ответил Аларм. - Такие же, как мы? - Не совсем. Они все были волшебниками, кто-то сильнее, кто-то слабее, но – все. И твоя крёстная, Стелла, тоже жила там. - Поэтому она такая добрая фея? – задумчиво уточнила Анни. - Да, поэтому. - А кто добрее – мама или Стелла? – спросила маленькая Анни требовательным тоном. - Этого я тебе не могу сказать, - засмеялся Аларм. – Я ведь не могу их сравнивать. - Правильно, - важно кивнула девочка. – Стелла добрая, потому что она просто добрая фея из Мира Облаков, а мама добрая, потому что мы её все очень любим, правда? - Правда, - кивнул Аларм, по-прежнему улыбаясь. Иногда он думал, какая Элли была в детстве, когда он не знал её – ведь его тогда ещё на свете не было. Но потом думал, что, в общем-то, точная копия Элли сейчас перед ним – это их дочь… - А когда я вырасту, я тоже стану феей? – спросила Анни. - Конечно, станешь. - Как Стелла или как мама? - А тебе на кого больше хочется быть похожей? – спросил в ответ Аларм. - На маму, - незамедлительно объявила Анни, но, чуть-чуть подумав, честно добавила: - Но и на Стеллу тоже немножко. - Тогда будешь такая, как мама, и немножко, как Стелла, - кивнул Аларм малышке. - Это хорошо, - согласилась Анни. – А в Мир Облаков я попаду? Аларм задумчиво посмотрел вдаль. - Кто знает. Вдруг случится чудо, и ты попадёшь… - Конечно, случится, - убеждённо сказала Анни. – Если я буду фея, то со мной будет случаться много чудес. Правда? - Конечно, правда. - Тогда я обязательно попаду в Мир Облаков, - задумчиво проговорила Анни. – Энни сказала, что по Жёлтой дороге можно прийти куда-нибудь, если знаешь, куда идти. А я всегда буду знать и обязательно приду. А если я буду чего-то не знать, мне всегда можно будет спросить. А я так хочу попасть на эту Солнечную дорогу… - вздохнула она. – Но ведь в Изумрудном городе обычно исполняются все заветные желания, правда? - Если желание хорошее, то обязательно, - ответил Аларм. – И не обязательно в Изумрудном городе. Анни, казалось, не услышала ответа. Она сидела и смотрела на небо. - Знаешь, - тихо пообещала она, - я постараюсь стать очень хорошей феей. КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ

dumalka: Семейные записки... Как мне они нравятся!

Annie: Часть IV Несмотря на полубессонную ночь, Элли вскочила утром чуть свет из-за того, что в её голове возник настойчивый голос: «Элли!» - Что? – вскинулась девушка, оглядываясь. И услышала смех Стеллы: «Доброе утро, извини, что разбудила». Элли облегчённо вздохнула. «Ничего страшного». «Я подумала, что ты позже будешь занята… А я хотела бы с тобой поговорить насчёт Анни. Если можешь, загляни ко мне на полчаса». «Через пятнадцать минут, хорошо?» - Элли лихорадочно накинула платье, наскоро причесалась и помчалась к сестре – давать ценные советы. Энни, правда, тоже была не очень довольна, что её подняли ни свет ни заря (в отличие от Элли, она любила утром поспать). Но согласилась проследить за тем, чтобы Том вовремя встал и дал Анни выспаться после вчерашнего, чтобы они позавтракали («вдруг задержусь») и вообще вели себя спокойно. - Главное – не позволяй Анни пользоваться магией, - наставляла Элли. - Уже поняла, - зевая, ответила младшая сестра. - Я надеюсь, что приду вовремя, если что – не отпускай Анни далеко. Сегодня возьмём её с собой в школу. - В какую школу? – пробурчала Энни, протирая глаза. - Экзамены принимать! - А-а… Элли нервно оглядела сестру. Иногда та казалась ей ещё одной дочерью. Старшей. - И сама веди себя хорошо, - заключила девушка немного обречённо. В её голосе явно сквозило «если это в принципе возможно!». Энни закивала головой. Следить за процессом утреннего подъёма Тома ей не пришлось, так как это сделал за неё Аларм. Анни спала беспробудным сном, и старшие в лице Страшилы, Аларма и Энни, посовещавшись, решили уйти в парк: Анни девочка большая, сама встанет, оденется и умоется, и найдёт их, чтобы Энни заплела ей косы. - Смешно, - хмыкнула Энни, вприпрыжку спускаясь по ступеням в парк. – Во всех приличных семьях есть няни, горничные, гувернантки, и так далее и тому подобное. А мы так вообще королевская семья. И при этом ничем не отличаемся от среднестатистических семей что Большого мира, что Волшебной страны. - Как ты сказала? – насторожился Страшила. С годами его пристрастие к длинным и заумным словам никуда не ушло. - Среднестатистических, - медленно повторила Энни. – Ну таких вот… самых обычных. Средних. Таких, как большинство. - А мы и есть такие, - отозвался Аларм. – Том, смотри под ноги, пожалуйста. Том шёл, заплетаясь ногами, и отчаянно протирал глаза. Пошатываясь, он чуть не забрёл в клумбу с цветами. - Разбудить его разбудили, а проснуться он забыл, - прокомментировала Энни. Аларм и Страшила засмеялись. Утро вступало в свои права. Элли пробыла у Стеллы довольно долго и опоздала к завтраку. Анни тоже к нему опоздала, потому что проснулась поздно (хотя и не намного позже обыкновенного). Все ожидали, что девочка будет сегодня какой-нибудь… ну, уставшей, растерянной, подавленной, задумчивой… ничего подобного. Анни выспалась, пришла в себя и снова стала самой собой, как будто ничего не случилось. - Доброе утро всем, кого не видела, - объявила Элли, влетая (не в буквальном смысле, конечно) в маленькую столовую. Наклонилась к детям, поцеловала сначала Тома (тот попытался уклониться, но не смог), потом Анни (та, наоборот, потянулась к маме), затем села на место и уже под столом пожала руку Аларму. – Анни, как ты себя чувствуешь? - Пжекжасно, - отозвалась девочка с набитым ртом. - Отлично. Тогда сегодня пойдёшь с нами в школу. - Меня будут учить? – расстроилась Анни. - А я? – расстроился Том. - Нет, учить тебя не будут. Ты посидишь с нами, пока мы будем принимать экзамены у старших детей. - Здорово! – обрадовалась девочка. Том насупился. - А ты пойдёшь в следующем году, когда подрастёшь ещё немного, - сказала ему Энни. Элли наскоро поправила дочери косы, другой рукой в это время беря яблоко. - Аларм, как вернёмся, мне надо будет с тобой поговорить, - сообщила она, морщась и вспоминая свои планы. Всё-таки утро пошло немного наперекосяк, хотя это, впрочем, не страшно… - Энни, ты после обеда свободна, и попроси Страшилу сказать всем, чтобы меня никто не беспокоил и не искал. Анни, твой урок музыки я попрошу перенести на вечер. Том, не вытирай руки о скатерть. Том издал нечто среднее между «э» и «му», но салфетку всё-таки взял. - Так, что ещё… - Элли сосредоточенно подняла глаза к потолку. – Э-э… - она оглядела всех присутствующих. - Спасибо, Элли, - серьёзно сказал Аларм. – Пока с тебя и этого хватит. Энни сделала вид, что поперхнулась. - После обеда я лечу в Розовую страну, - объявила она. – А Аларм с Томом остаются за меня наводить порядок в библиотеке… Аларм поднял брови. - Шучу, - объяснила девочка. - Я так и подумал. - Интересно, кого Дарти Стоун поженит на этот раз, - засмеялась Энни, отвлёкшись на новую мысль. - Пригласи её в библиотеку и подсунь пару книг на тему занимательной учёбы, - предложил Аларм. - Это надо было делать семь лет назад, - вздохнула Энни. Анни, разумеется, не впервые была в Первой городской школе, а уж знала здесь поголовно всех – детей, по крайней мере. Но её появление произвело настоящий фурор. Выпускники и думать забыли об экзаменах, а отличник Кростон так разволновался, что чуть не разбил чернильницу на своём столе. Одна Дартириция Стоун была безмятежна, как луна на небосводе. Сев на место после общих вежливых приветствий, она по-приятельски помахала рукой Энни, а затем глубокомысленно уставилась в потолок. Анни вела себя, как и подобает хорошо воспитанной юной королевской дочери. Она приветливо всем улыбалась, двигалась степенно и изящно, скромно села в кресло, суетливо подставленное ей директором. Обычный светский приём… «А Том сейчас, наверное, человечков из глины лепит, - грустно думала она. – Или опять полез на чердак… без меня. Или пошёл гулять к фонтанам…» На самом деле Том в это время зубрил правила сложения двузначных чисел и с досадой думал о том, что Анни-то сейчас легко, ей не надо ничего учить, только сиди и слушай, как отвечают другие. Но Анни об этом не знала. География в Волшебной стране считалась лёгким предметом. Здесь не надо было учить не то что какую-нибудь там экономическую географию, а даже материки и океаны (хотя Энни в своё время как-то озвучила эту идею, но и сама быстро поняла её ненужность). Но, конечно, и здесь учили стороны света и круговорот воды в природе. Никто из высокопоставленных гостей ничего особенного от экзамена не ожидал. Тут даже поженить Урфина с Джюсой было бы сложно. Анни внимательными глазками смотрела на учеников, чинно выпрямившись и сложив ручки на коленочках. Образцово-показательный ребёнок из самой высокопоставленной семьи в стране. Хоть нимб рисуй. Образцово-показательный ребёнок без нимба размышлял: «Если бы у Урфина была жена, он бы не стал захватывать Изумрудный город. Там более что Джюса – красивое имя. Что-то с фруктами связано». - Лес Саблезубых Тигров, или Тигровый Лес, расположен в Голубой стране, ближе к границе с Зелёной, между двумя большими оврагами. Он назван так, потому что… «А Урфин проходил через Тигровый лес. А если бы он женился раньше, то и дуболомов бы не построил, и тигров бы, значит, потом не истребили… Но тогда бы он захватил Изумрудный город…» - Маковое поле – самое опасное поле в Волшебной стране. Его главная особенность – крупные красные маки с усыпляющим запахом… «О, я знаю. Урфину надо было сначала построить дуболомов, потом прийти с ними в Зелёную страну и тут сразу же жениться. На Джюсе. Тогда бы ему незачем было бы захватывать город. Вот папа женился на маме, и ему не нужны никакие города». - … был построен десять лет назад… Население там разное. Всё из сказочного народа. Основные занятия – ну, тоже разные. Например, строительство… - Строительство чего? - Ну… всего. Гномы, например, камни делают… - Это как же они их делают?.. - Ну вытёсывают из горы… - Хорошо, дополнительный вопрос… «Джюса была бы красивая. И добрая. Урфин бы построил дом, а она бы ему помогала. И у них было бы двое детей. Мальчик и девочка. Джюса бы их воспитывала, а Урфин им игрушки делал. Он не смог бы сделать страшные игрушки, потому что он бы любил своих детей и не захотел бы их пугать. А дуболомы бы отправились в Изумрудный город сами…» - Долина гигантских орлов расположена… вот тут. Там живут гигантские орлы. Их всегда не больше ста, потому что… «А как же Урфин тогда марранов бы просвещал? Наверное, всей семьёй. Энни рассказывала, что в Большом мире были такие люди – миссионеры, они путешествовали ко всяким бедным народам и их воспитывали…» - А, Дартириция, - приветливо улыбнулась Элли. – Рады вас видеть. – Она чуть было не добавила «Ну, чем вы нас сегодня порадуете?», но тут же поняла, что по отношению к девочке это будет невежливым намёком. - Спасибо, Ваше величество, - мило улыбнулась Дарти. Вопреки опасениям некоторых, её познания в географии оказались явно выше, чем в истории. По крайней мере, она не заявила, как одна бледненькая девочка до неё, что самое распространённое животное в Жёлтой стране – это лев (львы вообще водились только в южных областях Волшебной страны, да и было их немного). И не провела Жёлтую Дорогу через Розовую страну. Довольно толково она объяснила круговорот воды в природе, чем почему-то, однако, вызвала за своей спиной тихое хихиканье. Второй вопрос ей достался про Голубую страну. Здесь она оказалась не вполне на высоте, но тоже кое-как справилась. - Ну что же, - одобрительно кивнул директор. – Это всё хорошо. Давай мы тебе дадим дополнительный вопрос. Отвечаешь на него – получаешь «семь». Нет – значит, «шесть». Дарти кивнула и покосилась на Энни. Видимо, в поисках дружеской поддержки. - Кхм-кхм, - откашлялся простуженный учитель географии. – Назови хотя бы троих известных личностей, родившихся в Голубой стране. «Не вполне честный вопрос, - недовольно подумала Энни. – Она ведь историю знает плохо…» Дарти неуверенно оглядела комиссию. - Ну… королева Корина. – И она замолчала. - Верно, - кивнул директор. – Это раз. Ещё? - Э-э… Гингема? - Неверно, - вздохнул учитель. – Попробуешь ещё? Дарти нервно затеребила край отглаженного белоснежного передника. Энни поймала её взгляд и едва заметно кивнула в сторону сидящего рядом Страшилы, выразительно показав туда же глазами. Дарти воскресла. - Его Превосходительство Трижды Премудрый Страшила, бывший правитель Изумрудного города, - выпалила она. - Верно, - комиссия заулыбалась. – Ну что же? – повернулся директор к присутствующим. - Пусть кого-нибудь ещё назовёт, - сказал историк с мрачной миной. Дарти вздохнула так громко, что спавший на последнем ряду «единичник», который на всех экзаменах предпочитал молчать и глядеть в окно (но его не могли отчислить из школы по причине богатых родителей) проснулся и вскочил, думая, что его уже вызывают. Веселье в зале усилилось. И тут то ли на Дарти так подействовал недовольный вид историка, живо напомнивший ей о позавчерашнем, то ли просто внезапно снизошло озарение, но она подняла голову и уверенно сказала: - Урфин Джюс. - Молодец! – сказал географ. Дарти заулыбалась с чувством выполненного долга. Директор поднял руку, готовясь отпустить ученицу, и тут Анни повернула голову и сказала негромко и печально – но её услышали почти все: - А всё-таки жалко, что Урфин тогда не женился.

Гроза: Ну до чего же талантливо! Хорошо бы уже следующие части появились.

Annie: Гроза, спасибо, очень приятно ) Автор пока другой работой занят, но со временем и эту продолжит и приведёт в достойный вид )

Агнет Прекрасная: Прекрасно!!!!!!!Annie, а продолжение ожидается???

Annie: Агнет Прекрасная , пока нет. В будущем, в значительно исправленной и дополненной версии )

Агнет Прекрасная: Annie , хотелось бы чтобы у Энни тоже была магическая сила, она же всё-таки Фея Будушей Победы!!!

Ильсор: Annie , какой же у Вас интересный и увлекательный фанфик. Очень порадовали живые и искренние образы любимых героев и замечательные иллюстрации.

schwarz: Annie , лучше поздно, чем никогда. Это я о том, что только сейчас прочитал Вашу книгу. Спасибо, это было здорово!



полная версия страницы