Форум » Персонажи » Vote: Ланга или Корина. » Ответить

Vote: Ланга или Корина.

Цветария: Кто вам больше нравится Ланга или Корина?)))) Голосуем)))

Ответов - 10

Глория Джюс: К обеим у меня отношение весьма неоднозначное, прямо скажу, но выберу я из двоих, пожалуй, Лангу. Её история интереснее, да и совершённые ею злые поступки не вызывают такой неприязни и отвращения, как оные у Корины. А добрые дела Ланги как Принцессы Тьмы и возникающие у неё добрые чувства (плюс хранимая память о матери и любовь к ней), напротив, всегда приятно удивляют. Она действительно кажется личностью сложной и противоречивой, а Корина, если подумать - чистый рационал, к тому же тщеславная эгоистка и индивидуалистка в высшей степени. Конечно, у неё есть и положительные стороны, и добрые дела она тоже делает. Но неприятно то, что добрые поступки эти она совершает не от чистого сердца, не от искреннего желания сделать кому-то добро, помочь, а опять из расчёта на личную выгоду. Хочется верить, правда, что Корина тоже умеет по-настоящему дружить и любить, дорожить кем-то, кроме себя, но по декалогии этого в ней почти не заметно. Ланга тоже властолюбива и стоит вне моральных норм, но если судить по обстоятельствам, по обстановке, в которой она сформировалась, то другой она стать и не могла. А вот Корина, если бы захотела, могла бы вырасти добрым и порядочным человеком. Но она стала лелять своё самомнение и гордыню... результаты чего известны.

Donald: Странно, я не знал, что эта тема вообще существует... Думаю, никого не удивлю, проголосовав за Лангу.

Пакир: Сожалею, что тема снов на форуме закрыта. Недели три назад видел сон в стиле сериала «Однажды в сказке» - знаю о нём только понаслышке (не люблю нынешнего телевидения), там персонажи сказок живут среди людей. И будто действие происходит где-то между проспектами Ветеранов и Народного Ополчения. Я разговариваю с вроде бы незнакомой женщиной, хотя вроде знаю её, она себя называет Лангой, и говорит о Корине как о своей близкой подруге, будто они «с раннего детства знакомы», но предупреждает меня быть осторожнее в случае встречи с Кориной, причём, по сюжету сна, я и с ней когда-то виделся.


Анни: Самая любимая героиня это Корина, умная, решительная и целеустремлённая девушка, она была первая такая героиня у Сухинова и лучше всех раскрытая, жалко что во второй половине декалогии отошла на второй план. На втором месте Ланга, тоже интересная героиня, вначале не нравилась, какая-то замена Корины, но потом я прониклась её судьбой.

Анни: Интересно, а кто сильнее, Корина у которой осталась магия Гингемы или Ланга у которой осталась магия Пакира. У Ланги должна была остаться магия Пакира после его ухода, иначе она не смогла бы стать королевой Подземной страны. Но Ланга не может колдовать при свете солнца, а Корина вряд ли полезет в Подземную страну, если захочет отомстить Ланге. Думаю Корина сильнее на поверхности, а Ланга под землёй

Annie: Ого, что, правда такая старая тема? Как я её не замечала )) Думаю, я тоже никого не удивлю, проголосовав за Лангу. Когда-то я делала себе такое интересное сравнение как раз этих двух героинь, думаю, никто не рассердится, если я его скопирую сюда. Хотя оно и длинное. К сожалению, здесь больше фанона или в крайнем случае хэдканона, так что кто не согласен, я не навязываю, и споров не хочу. Итак, Корина и Ланга. Вроде бы обе – «неоднозначные персонажи», не положительные, но и не отрицательные. Обе – себе на уме, ими руководит расчёт, стремление к власти. Но есть разница. С одной стороны. Ланга к власти будет идти по головам. Яд и кинжал для неё не представляют собой ничего удивительного, подлость, подстава, обман – тоже. Это нормально и является образом жизни того мира, в котором она живёт с юности. Убить она может, для неё это нетрудно. Правда, предпочитает убивать не своими руками (хотя своими может тоже – в крайнем случае и в смертельной опасности). Для Корины убийство оправдано только в случае мести. К власти через убийство она не пойдёт (хотя, наверное, просто случая не было). Обмануть может легко. И не просто обмануть – магически повлиять, заставить обманывать других. Совершить подлость тоже может. С расчётом на всеобщее доверие – ведь никто из окружающих так себя не ведёт и не распознает ни ложь, ни подставу. Вообще, втираться в доверие и завоёвывать чужие симпатии она умеет. И если для Ланги власть выгрызается зубами у других, то Корина подстраивает всё так, что власть ей отдают сами, своими ручками. Ланге не нужно всеобщее поклонение и любовь – только осознание того, что она сильнее и ей подчинятся. Потому что в её мире любви нет. Только страх и сила. При осознании того, что её власть может пошатнуться, Ланга будет использовать любые средства, чтоб её укрепить, и действовать будет очень быстро. Чтоб противник не успел подготовиться и отразить удар. При этом она понимает, что такое может случиться в любой момент. Корина же ударов практически не ждёт. Поэтому её власть и вообще положение в обществе иногда очень сильно падают. Подниматься же Корина предпочитает в роли всеобщей спасительницы, тем самым привлекая к себе внимание и быстро завоёвывая симпатии. С другой стороны. Корине нужна всеобщая любовь – но любовь эта какая-то неопределённая. Рассеянная. Корине не нужно, чтоб о ней заботились, и любви от конкретных людей она тоже не ждёт. Она принимает дружбу – но сама не даёт ничего взамен, если только это не выгодно ей как властительнице. До пяти лет (ещё достаточно несознательный возраст) она жила у родителей, и, похоже, была ребёнком очень избалованным (что случается с поздними, желанными и единственными детьми). Осознание того, что все должны ею восхищаться, пришло к ней чересчур рано, обычно пятилетние девочки сами до такого не додумываются – тут явно родители постарались. Лень её тоже оправдана тем же – родители всё делали за неё, всё для любимой доченьки. Привыкнув жить барыней, она воспринимала родителей как своеобразных прислужников, обязанных выполнять её капризы. Когда же родители спохватились и решили чему-то её учить, оказалось поздновато. Уйдя от них к Гингеме, Корина явно не испытала сожаления от разлуки с семьёй. То есть любви к родителям не питала совершенно. У Гингемы она хотела научиться колдовать – зачем? Да всё затем же, чтоб ничего не делать. Но поначалу она научилась только разве что мечтам о власти. Итого к 12 годам из неё выросла ленивая, властолюбивая, самовлюблённая эгоистка, которая хотела ничего не делать, всеми командовать и ловить всеобщее восхищение тем, какая она красивая. Здесь у неё появился тот, кого можно было бы с натяжкой назвать другом, хотя больше ему подходит слово «компаньон» - Нарк. В дальнейшем они путешествуют вдвоём, и их дружба видна очень даже неплохо: Нарк всё делает для Корины (а она порой ещё и капризничает), а Корина всем этим пользуется. Делает ли она что-либо для Нарка – непонятно. Кстати, после второй книги она даже не вспоминает о своём товарище… (Я не беру в расчёт пресловутую 11ю книгу, где Нарк внезапно появляется снова - я о декалогии). Уйдя от Гингемы, она начинает помаленьку учиться волшебству самостоятельно, и тут в ней просыпается упорство и некоторое трудолюбие, хотя скорее вынужденное. Любила ли она Гингему – сомнительно (хотя привязанность, безусловно, какая-то была, но её не хватило - Корина покинула Гингему без зазрения совести). Её чувства после гибели колдуньи – «теперь я осталась одна, меня некому защищать» (акцент на "я" и "меня"), а в пещеру Гингемы она наведывается только затем, чтоб найти волшебную книгу. Проходят годы, Корина встречается с Варагом – второй «друг». Дружба носит характер расчётливого делового сотрудничества: я тебя спасла, ты мне помоги. Правда, в дальнейшем впечатление, что Вараг стал таким же другом, как и Нарк: Корина вовсю использует его силу и его подданных в своих интересах, сама же неизвестно что давая взамен. Похоже, что ничего. Во время всех баталий с Элли и прочими Корина встречает Дональда. Опять деловое предложение: ты предаёшь Элли, я тебе даю здоровье. А потом забирает Дональда с собой в Драконье ущелье, хотя у меня лично впечатление, что её инициатива здесь минимальная – скорее желание Дональда, которому, во-первых, больше некуда было деваться, во-вторых, к Корине он испытывал благодарность и не исключено, что личную симпатию, и в-третьих, рассчитывал на дальнейшую её помощь. Корина, судя по всему, тоже больше рассчитывала. В Ущелье она и Дональд живут каждый сам по себе. В процессе беседы Корина говорит о власти. Ею же подкармливает Дональда, предлагая править вместе – моя магия, твой меч. Логичные рассуждения, учитывая, что Корина оружием не владеет вообще (кстати, в отличие от Ланги). Рассматривая её дальнейшее отношение к Дональду, можно прийти к выводам, что всё-таки что-то в нём её задело и заинтересовало, и это был не только расчёт на помощь в захвате власти. Во всяком случае, попытавшись вывести Дональда из тюрьмы Пакира, она действует не только из этого расчёта и честолюбивых мечтаний. Но вот позже Корина о Дональде даже не вспоминает. Это наводит на мысли, что она либо смирилась с тем, что он не для неё, либо же он всё-таки не занимал никакого особого места в её жизни, и она достаточно легко могла от него отказаться. Что-то вроде «есть Дональд – хорошо, нет – тоже неплохо», была бы власть. Итак, любить Корина если и умеет, то слабо. Никакой особенной привязанности ни к кому не испытывает. Пожертвовать чем-либо ради того, кого любит, она не захочет – себя любимую не обделит ничем. По сути, Дональд мог бы быть единственным «светлым лучиком» в её эгоизме, но и он угас. О Дровосеке и говорить нечего – использование его как средства для достижения власти налицо. Итак, с любовью к людям (и иным живым существам) у Корины не сложилось. Посмотрим на другие возможные привязанности – например, к родине. И тоже не найдём. Пять лет в родной деревне, семь лет у Гингемы – а потом временные пристанища менялись как перчатки. Вообще-то за первые пять лет жизни можно было бы если не полюбить родной дом, то хотя бы привыкнуть к нему, а за последующие семь лет – так же привыкнуть к пещере Гингемы. И тем не менее, Корина о доме не вспоминает, а о пещере высказывается «грязная нора» и стремится из неё уйти. Справедливо, но бесчувственно. Ну а позже, в бесконечных странствиях, все дома рассматривались лишь как временные пристанища на пути к власти. Как и вся Голубая страна. Позже Корина стала принцессой и королевой, но и тут не испытала никакой любви к тем странам, которыми правила. Стараться заботой и вниманием завоевать симпатии народа – да. Искренне полюбить самой – не заметно, совсем. Она легко отказывается от Изумрудного города в пользу Элли, потому что ей неприятно вспоминать, как подданные были рады её изгнанию. Таким образом, мы видим, что у Корины ничего нет такого, что ей действительно дорого. Кроме власти. Она не знает, что такое семья и близкие, не знает, что такое родной дом. Что такое настоящие друзья, она в общем-то тоже не знает. Иногда задумывается над последним (вспомнить её мысль "С друзьями много хлопот, но иногда они бывают просто необходимы" в беседе с Элли в третьей книге), но сильной потребности в дружбе и взаимной любви у неё не видно, и она не стремится к этому. Даже Дональда отпустила от себя – пусть и не сразу, и под давлением обстоятельств, но отпустила. Дружба для неё – понятие сродни взаимовыгоде: ты мне, я тебе, и главное, чтоб мне было хорошо и меня все уважали, почитали и превозносили. Теперь посмотрим на Лангу. Здесь рассуждать труднее, потому что о Корине я говорю, хотя бы отчасти основываясь на фактах канона, о Ланге же в каноне настолько мало, что приходится многое додумывать, предполагать и догадываться. Но тем не менее вразрез канону я не иду. Ланга жила с матерью примерно до десяти лет – возраст, когда сознательность уже появилась, а подростковые проблемы и самоутверждение ещё не начались. До десяти лет обычно у человека уже устанавливаются основные моральные принципы и образ мышления. Ну и память работает крепче, чем у пятилетнего. Избалованной Ланга явно не была. Веса и так жила слишком скромно, а потом деревня и вовсе ушла за Бесконечную стену – и там уже не забалуешься. Таким образом, жить сосредоточенно, серьёзно, аккуратно и всегда настороже Ланга научилась с детства. Кроме того, за Бесконечной стеной деревня оказалась отрезана от всего мира, и вопросы взаимовыручки и поддержки стали основой выживания для её населения. В том числе это должны были понимать и дети. Ну, как дети ВОВ, например. Так как отца Ланга лишилась, кажется, достаточно рано, то с матерью они остались вдвоём, и эта поддержка и взаимовыручка, связь друг с другом для них стали ещё крепче. Ланга видела, что мать несчастна – и не только из-за окружающих обстоятельств, но и из-за памяти о Дровосеке. Естественно предположить, что девочка мать очень жалела и всячески старалась поддержать, помочь и утешить в любой малости. В десять лет обычно это уже умеют. Веса отвечала тем же. Ведь Ланга оказывала ей помощь даже много лет спустя - когда Веса стала молодеть. А потом Ланга попала в Подземное царство, и мать осталась только светлым лучиком в памяти. Логично предположить, что память о матери, с которой было так хорошо, в сравнении с тем, что Лангу окружало в Подземелье, помогала ей остаться собой в значительной мере. Ланга уже умела любить, сопереживать, сочувствовать. В Подземелье, правда, это не пригодилось. Но всё же в её душе способность осталась. Тем более как раз начался период подросткового самоутверждения, и я не исключаю, что Ланга упрямо помнила о маме и не хотела подстраиваться под местные моральные нормы чисто из противоречия. Итак, Ланга научилась любить, а любить в Подземном мире было некого – вообще. Дружить тоже. И хотя многолетнее пребывание там, попытки выжить и данная власть существенно изменили мировоззрение и многие моральные принципы Ланги (хотя бы то, что она научилась убивать), но потребность в душевном тепле у неё осталась. Ланга не утратила способности бескорыстно помогать другим – в качестве доказательства можно привести тот случай, когда она передала магию Элли для победы над морским змеем в третьей книге (ведь Элли могла об этом вообще никогда не узнать, если б с Лангой не встретилась, самой же Ланге от этого не было никакой пользы). И хотя она стала недоверчивой эгоисткой, но тяга к людям у неё осталась – она вполне мирно откровенничает с Элли, рассказывая ей о себе, помогает Аларму, опять же вряд ли рассчитывая на ответную помощь с его стороны. Если и был расчёт, то очень дальний и очень простой – чтоб её саму потом не убили, а позволили править Подземной страной. Её порыв с Дональдом тоже можно объяснить примерно тем же - тягой к людям и желанием любви, в том числе желанием любить самой (вот только не верю я в то поведение наивной идиотки, которое всплыло в десятой книге - все эти вопли "ах, я нашла принца моей мечты"). Во-первых, увидела, что Дональд не такой, как окружающие её существа Подземного мира. А во-вторых, быстро схватила то, что плохо лежало, привязала к себе, очень умело повлияла и получила не только поклонника и помощника, но и объект для проявления собственных чувств. На мой взгляд, к матери у неё отношение особое. Принять её после многих лет она сможет с определённым трудом – потому что обе слишком сильно изменились. И всё же Ланга её любит, боится за неё и умеет о ней заботиться, беспокоиться и думать о её благе, и Веса Лангу тоже любит. Ланга и Дровосека сможет полюбить, только очень своеобразно, скорее как снисхождение – ладно уж, женился на маме, теперь живи, но если что не так, устрою тебе такое, что мало не покажется. Любовь Ланги к Весе – как раз такая, где Ланга доказывает её делом (заботой, помощью, защитой), а Веса просто дарит тепло – что для Ланги очень важно, потому что этого нет в том мире, где она привыкла жить. Любовь к родине Ланга тоже сохранила (и скорее всего, будет немало цапаться с Кориной, если та что-то в Голубой стране сделает не так). Но только как память, потому что править там она не может – Подземный мир ей в этом плане больше нравится, - а значит, и жить там незачем. Что касается дружбы, то, мне кажется, Ланга и в ней нуждается не меньше, чем в любви. Она знает, что это такое, и ищет – именно потому, что в её мире этого нет. Портить отношения с Элли, Алармом и остальными она не будет – лучше с ними подружиться или хотя бы поддерживать нейтралитет, тем более что власть у неё уже есть, причём такая, на которую никто из «верхних» не покусится (даже Корина – опрометчиво желая одно время стать принцессой Тьмы вместо Ланги, та как-то не учла, что любить её там не будут, – впрочем, это желание возникло по обстоятельствам, Корина хотела выжить и при этом не опуститься до глубин). Таким образом, что мы получаем? Ланга умеет любить и дружить и делает это, Корина же – практически никогда. Ланга умеет думать о других, Корина – только о себе и о своей власти. Странный, но объяснимый парадокс. Ну и ещё одна сторона сравнения. Моральные и жизненные принципы и вопросы предательства. Вот если честно, создаётся такое впечатление, что у Корины все моральные принципы сводятся к одному: что я от этого получу. Насколько это хорошо и правильно, на чьей она оказывается стороне (добра или зла), её волнует мало. «Надо быть доброй и злой волшебницей сразу» - и это рассуждения двенадцатилетней девочки, причём вопрос ставится только так: будет ли мне хорошо от того, что я добрая, или от того, что я злая. Если я буду добрая, меня будут много беспокоить, а если злая, то не будут любить (восхищаться, поклоняться и т д). В дальнейшем ничего не меняется. В итоге Корина – не добрая и не злая, а повисшая в неопределённости серость; но это не делает её «обычным человеком» или «близким к реальности персонажем», а скорее добавляет гнильцы: ей всё равно, что делать и как поступить, лишь бы ей было выгодно. Как это отзовётся на остальных – неважно. Никакие муки совести, поступая плохо, она не испытывает. И добро и зло она творит с одинаковым равнодушным эгоистичным расчётом. На протяжении декалогии она несколько раз переходит с одной стороны на другую: до третьей книги она против Элли, потом до пятой – на её стороне, потом снова против и снова за. И незаметно, чтоб её терзали какие-либо психологические и моральные вопросы. Убить Элли она предполагала так же хладнокровно, как и предлагала ей свою дружбу (или скорее взаимовыгодное сотрудничество). Размышляя в городе Теней о возможном переходе на сторону Пакира, она скорее просчитывает: а что я с этого получу. Вопросы предательства её вообще не волнуют. Она легко и спокойно склоняет к предательству Дональда и предаёт сама, для неё это не представляется чем-то плохим. Собственно, и хорошим тоже. Это просто поступок, не окрашенный ни в какие тона, кроме собственной выгоды. Таким образом, для Корины вообще не существует ни добра, ни зла. Она как будто бы вообще не видит разницы между этими понятиями и не может ни один свой (да и чужой) поступок оценить в этом отношении, тем более – без расчёта «что я с этого получу». Она может оценить либо «полюбят меня за это или нет», либо «я тебе – ты мне». А отсюда вывод – можно всё, если выгодно. Теперь смотрим на Лангу. Вопросы собственной выгоды её волнуют не меньше, чем Корину, но. Всё-таки ощущается (и довольно сильно), что разницу между добром и злом она понимает. Во всяком случае, зло она видит постоянно кругом себя, она в нём варится, она в нём участвует, и она знает, что это такое и как оно действует. Добра она видела в своей жизни немного, и в основном – в детстве, но может противопоставить его злу и распределить поступки по двум сторонам. Творя зло, она понимает, что творит зло. Она понимает, что такое Тьма, и знает, что есть вещи, которые допустить нельзя. И хотя не слишком раскаивается в том, что делает, но делает хотя бы осознанно. И за добрые поступки не ждёт расчётливой «взаимной платы», правда, и не к каждому их применяет (выбирает тех, кто с совестью и рано или поздно тоже отплатит ей добром, – но и к чему размениваться на закоренелых злодеев или просто дураков, которые даже и не оценят?..). Своими добрыми поступками она хочет удержать в себе какое-то светлое начало, и делает это тоже осознанно. Кроме того, у неё есть твёрдое понятие, на чьей она стороне. Тоже, в общем-то, на своей собственной, но она точно держит свою позицию: вроде бы я тут при Пакире, а то там светлым помогу, то здесь, то помогу маме, ну и укреплю свою власть. От Пакира к Элли и обратно она не бегает, хотя помощью последней воспользоваться не против – но всё равно сразу и твёрдо обозначает свою позицию и стоит на ней (то есть это не выглядит так: «Ах, Элли, я теперь на твоей стороне, а за это ты мне помоги», она сразу раскрывает все карты). Её можно назвать предательницей по отношению к Пакиру, но это такое предательство, которое свершилось изначально, она толком никогда и не была полностью на его стороне и видела в нём скорее врага, чем покровителя. Ну да в мире Тьмы каждый сам за себя, там нет искренней любви, бескорыстной помощи и дружбы, зато каждый может другого подсидеть, подставить... Ланга - помощница Пакира, но не потому, что искренне жаждет Тьмы. Просто для неё это способ выжить - и способ добиться власти. А властвовать она явно будет по-своему, а не так, как властвовал Пакир. Ещё создаётся впечатление, что Ланга иногда ведёт себя намного хуже, чем способна, и показывает себя таковой сознательно. Может, для поддержания статуса, а может, от каких-нибудь внутренних комплексов. Она умеет быть честной и искренней, но и умеет «забывать» свои обещания. Скорее всего, на протяжении довольно короткого времени её общения с героями Света её отношение к ним просто быстро меняется (и это легко объяснимо: поначалу она относится к ним так, как привыкла относиться ко всем, а потом осознаёт разницу между ними и привычным своим окружением). Если поначалу она относится к Элли грубо и даже жестоко, то потом смягчается, а с Алармом она уже вообще нормальный человек. Кстати, ещё одно её отличие от Корины – это тема о принцессе Тьмы. Корина, мечтая занять место Ланги, очень многого не понимала и думала о дворце Пакира очень наивно. В Пакире она в этот момент видела именно возможного покровителя, и думала, что одно его слово заставит всех склониться перед ней. Попросту ждала, что он будет к ней добр, что неверно в корне (ибо Пакир не может быть добр). Всех подводных течений дворца, всех его интриг, внутренних разборок она и не ждала, а её методы привлекать к себе всеобщее внимание и любовь тут бы не сработали никаким образом. Её жёсткости, расчётливости, упорства и даже мстительности, чрезмерных для Волшебной страны, в Подземной стране не хватило бы. Там, помимо всего, нужно было ещё уметь постоянно быть готовой к удару из-за угла, причём не рассчитывать в этом на покровительство Пакира. В общем, Корина оказалась немного беспечна для потенциальной принцессы Тьмы. Что такое Тьма, она так и не разобралась. Слишком мало времени прошло, да и осмотрелась она весьма поверхностно. И неудивительно, что она проиграла Ланге, которая быстро сориентировалась и нанесла удар. Ланга умеет как интриговать, так и биться непосредственно оружием (последнее она прекрасно демонстрирует перед Алармом). Исходя из всего этого: у Ланги есть какой-то внутренний стержень. Какие-то твёрдые принципы. У Корины их нет – единственный принцип «чтоб мне было хорошо». Отсюда же и то, что она практически ни о ком не заботится (в отличие от Ланги, которая то спасает Элли или Аларма, то помогает матери). И именно за эту твёрдость Ланга мне нравится больше. Да, она не идеал. Но она - цельная личность. Она ещё может стать хорошей, но в то, что хорошей станет Корина, я не верю.

dumalka: Да они же просто разные! Они рассказывают про разное. Ситуации у них тоже совершенно разные. Как их вообще сравнивать?

Анни: Annie Я ничего не доказываю, на мне Ланга видится более жестокой и неуравновешенной чем Корина. Конечно она в этом не виновата, она стала такой что бы выжить, но психику ей Пакир сломал, чего стоят её резкие скачки настроения. Корина в этом плане более спокойная и рассудительная, но ей никто психику не ломал, неизвестно какой бы она стала если бы попала на место Ланги. Но думаю зла за кадром Ланга натворила достаточно, иначе она бы не стала Принцессой Тьмы и не завоевала бы доверие Пакира, и рабы её ненавидели, наверное было за что. А воины люди её поддерживали, ей бы найти верных сторонников, на которых она может положится, когда Ланга станет королевой, тогда может она поверит в людей и оттает.

Анни: Annie пишет: Правда, в дальнейшем впечатление, что Вараг стал таким же другом, как и Нарк: Корина вовсю использует его силу и его подданных в своих интересах, сама же неизвестно что давая взамен. Похоже, что ничего. Корина и Вараг друг друга уважают, у них взаимовыгодное сотрудничество, он помогает ей, а Корина помогает драконам сражаться с монстрами Пакира, Корина от Пакира ВС защищала, она сама об этом говорит в пятой книге, если Корина и драконы не сдерживали Пакира, он мог бы напасть раньше. Annie пишет: Но вот позже Корина о Дональде даже не вспоминает. Дальше ей стало не до Дональда, её больше беспокоило как из мыши ей превратится в человека. Ещё она на него сильно обиделась, так же как и на жителей ВС, что все предпочли ей Элли и забыли про её прошлые заслуги, поэтому она и решила стать Принцессой Тьмы. Анни пишет: Кстати, ещё одно её отличие от Корины – это тема о принцессе Тьмы. Корина, мечтая занять место Ланги, очень многого не понимала и думала о дворце Пакира очень наивно. В Пакире она в этот момент видела именно возможного покровителя, и думала, что одно его слово заставит всех склониться перед ней. Попросту ждала, что он будет к ней добр, что неверно в корне (ибо Пакир не может быть добр). Всех подводных течений дворца, всех его интриг, внутренних разборок она и не ждала, а её методы привлекать к себе всеобщее внимание и любовь тут бы не сработали никаким образом. Так мы не знаем, как Корина вела себя у Пакира, в книге об этом не написано, только что Корина понравилась Пакиру и смеялась над Лангой. Но раз она понравилась Пакиру, то вряд ли она вела себя глупо и наивно, Корина осторожная и расчётливая, она могла стать Принцессой Тьмы, если бы Ланга её не устранила, и то только с помощью Элли которая могла блокировать магию Корины.

Donald: dumalka пишет: Да они же просто разные! Они рассказывают про разное. Ситуации у них тоже совершенно разные. Как их вообще сравнивать? Как хочешь. Сравнивают же всех остальных... Но соглашусь с тем, что очень разные. И степень прописанности персонажа разная, Корина сюжетообразующий персонаж всей декалогии, не встречается только в 6-й и 9-й книгах. Ланга же теневой игрок второго плана, при этом оказывающий на сюжет влияния больше, чем та же Корина после Города Теней. В каноне у них был конфликт, для меня логично сравнивать именно по этому признаку - кому я буду сочувствовать в случае продолжения между ними борьбы в постканоне. Однозначно Ланге.



полная версия страницы