Форум » Сказки Изумрудного города » Этические уравнения или Можно ли есть разумных? » Ответить

Этические уравнения или Можно ли есть разумных?

Командор: Одним из кардинальных отличий Волшебной страны от других вселенных, является дар речи всех животных, очевидно, кроме драконов. Однако штука в том, что для того, чтобы все животные и птицы болтали по-человечески, совершенно необходимы два момента: 1. Достаточно развитый голосовой аппарат, коим не владеет ни одно животное; 2. "ЦПУ" и "Прошивка", которые должны были бы обеспечивать данную возможность. Иначе говоря - необходим разум и совершенный мозг. Теоретизировать о методах, позволивших достичь такого эффекта можно долго - я склоняюсь к аналогии с методом, описанным Драко Локхардом в "Тенях и пыли", это не суть важно. Куда интереснее другое - как в ВС сохраняется стабильность биосистемы? А именно - почему система "хищник-жертва" работает по той же схеме, что и в Большом мире? Почему звери (точнее - зверяне) не используют разум для охоты и защиты? Почему в ВС допускается животноводство - ведь животные могут элементарно сбежать? Есть идеи?

Ответов - 118, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Парцелиус: Может как в Нарнии, часть животных обладают даром речи, а часть нет. А животные продолжают есть друг друга, несмотря на то что оба говорящие, по той же причине, по которой люди расправляются друг с другом.

Командор: Парцелиус пишет: Может как в Нарнии Не исключено. Однако почему животные не воспользуются разумом, чтобы защитить себя от нападения? Что им мешает это делать?

Парцелиус: Четыре лапы есть у них,и малые они не смогут яму хищнику выкапать они.


Командор: Не факт, совсем не факт...

Парцелиус: Ну я не думаю,что мыши Рамины смогли бы зарезать кота напавшего на их королеву.

саль: Как будто специально по вопросу "Можно ли есть разумных" в книгу введен один из камней преткновения - глава с Людоедом.

Лайла: Людоед, всё-таки, исключение из правил, а отношения "хищник-жертва" среди зверей - дело вроде бы повседневное для ВС. Я думаю, тут психология другая, есть-то надо что-нибудь. А если разговоры среди животных привычны, то они не воспринимаются как моральная помеха. Другой вопрос с домашними животными. По-крайней мере Жевуны их ели...

Седьмая Вода: Ну, возможно, Людоед оправдывал свой нестандартный рацион как раз тем, что пофиг, кого есть и кому, раз все разумные ))

саль: К тому же, откуда мы знаем, сколько в Волшебной стране людоедов. Это же не Крэй Шемарус, у которого собственная история. А у Волкова... ? Если был один, мог быть и другой. И не обязательно родственник первого.

саль: А по отношению "хищник-жертва" среди зверей могу построить достаточно логическую гипотезу. Звери имеют двойственный внутренний мир - исконный, глубинный и привнесенный (наведенный Гуррикапом - поверхностный). Как у людей головной и спинной мозг. И когда доходит до кровного интереса - пищи, с существа слетает словесная оболочка и пробуждается зверь. в момент, когда хищник задирает, загрызает и сжирает жертву, он говорить не может. Забыл! Более того. И жертва в положении обреченной теряет дар речи, становится просто животным. Какие мы знаем примеры? Кот, гнавшийся за Раминой не восклицал, как Людоед: "Знатная добыча попалась", а только сверкал глазами. И Рамина не вопила : "Помогите!", и не обзывала кота чудовищем. А просто убегала, как любая мышь на ее месте. Тотошка (во второй книге) в минуты напряжения начинал ворчать по собачьи. И Лев (уже в первой), как только заговорил, сразу стал не похож на дикого зверя, только что напавшего на проходящих. В нем пробудилась человечья речь, а с ней и разумные поступки. Мы не знаем, с возгласами или без возгласов когтил Карфакс горных туров, но Тонконюх, насколько можно судить по эмоциональной окраске его рассказа об охоте, ощущал в этот момент только одно - вожделенный вкус и запах заячьей крови. И между прочим, по вопросу, можно ли есть разумных, надо обратиться к Чарли Блеку. Что он ощущал, когда ел кроксов да похваливал?

MAX: Кажется рыбы в ВС вообще не говорят.

саль: По крайней мере, домашние животные не говорят точно. Искусственный отбор на немоту и тупость.

Железный дровосек: С них это просто не запрещено морально, вот и всё. Ведь если никто никого не будет есть, погибнет ещё больше.

Железный дровосек: Представим тебе: никто никого не ест. Все кушают травку, и беспрепятственно размножаются. Поголовье кушающих травку постоянно растет. В конце концов травка заканчивается, и все помирают с голоду.

Чарли Блек: Urfin Juice пишет: травка тоже живая Ценность жизни травки существенно ниже, чем ценность жизни человека или животных. Ибо травка, во-первых, не имеет сознания, личности, разума, души и т.п., то есть в этом смысле ничем не отличается от неживых объектов. И во-вторых, не чувствует боли, когда её едят.

Чарли Блек: Железный дровосек пишет: беспрепятственно размножаются. Поголовье кушающих травку постоянно растет Не обязательно. Достаточно, чтобы в среднем в семье рождалось не больше двух детей. При высоком уровне жизни такое снижение рождаемости почему-то происходит само собой - как в нынешней Европе.

Чарли Блек: Urfin Juice пишет: Во-первых, об этом известно только травке. Во-вторых, даже если это и так, то у нее могут быть другие чувства, о которых мы просто не подозреваем. Достоверно мы, конечно, ничего не знаем. Тем не менее, что-то мы можем предполагать с той или иной долей вероятности. В конце концов, не исключено, что и камни имеют сознание, и облака имеют душу, у компьютеров есть разум, а какой-нибудь напильник живёт своей жизнью. Полностью исключать этого нельзя. Тем не менее, все эти версии мне, например, кажутся крайне маловероятными.

Чарли Блек: Urfin Juice пишет: когда мы давим травку ботинками, ей это не особо идет на пользу, т.е. мы совершаем по отношению к ней акт грубого физического насилия С этим я полностью согласен, но опять же, на мой взгляд, насилие по отношению к растениям гораздо менее жестоко, чем такое же насилие по отношению к людям и животным.

Чарли Блек: Urfin Juice пишет: "Ценней всего на земле моя жизнь, затем - моих родных и близких (иногда эти две ценности переставляют местами, по крайней мере для широкой публики)." Ну, есть понятие субъективной ценности и объективной. Ничего удивительного в том, что, например, для матери на самом первом месте идёт ценность жизни её собственного ребёнка, а не чужих детей или постороннего слесаря дяди Васи. Точно так же, нет ничего удивительного, что с точки зрения правового государства жизни всех его граждан равноценны, и не важно, слесарь ты, или дворник, или чей-то сын.

totoshka: представляю тех кого занесет сюда по поисковому запросу травки



полная версия страницы