Форум » Библиотечно-Справочный раздел » Из дневников А.М.Волкова - 2 » Ответить

Из дневников А.М.Волкова - 2

Чарли Блек: Внучка Александра Волкова, Калерия Вивиановна, предоставила доступ к архиву своего деда, включающему дневники, некоторые рукописи и разные литературные документы. Правда, материалов по сюжетам сказок о Волшебной стране пока удалось найти не так много, но отдельные записи представляют интерес, так что попробую что-то из них понемногу оцифровать. —————————————————— Часть 1 - http://izumgorod.borda.ru/?1-0-0-00000050-000-0-0-1582911963

Ответов - 236, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 All

Чарли Блек: Май. 1, 2 [мая 1956 года]. Праздничные дни провели на озере за ловлей плотвы. Вечером 2го возвращение домой. 4 [мая 1956 года], пятница. Был в Детгизе. Совместно с художником Кыштымовым просматривали рисунки, т.к. научный редактор Арсеньев потребовал изменения целого ряда рисунков. Работали над подписями. Сделал Кыштымову предложение нарисовать пробные иллюстрации к «В.И.Г.» Он согласился. [Борис Павлович Кыштымов (1927–1994 или 2007), художник-график, иллюстратор детских книг. http://www.melik-pashaev.ru/artists/kyshtymov-boris http://illustrator.odub.tomsk.ru/index.php?newsid=181 https://fantlab.ru/art6542 ] 6 [мая 1956 года], воскресенье. Был Кыштымов, взял рукопись «В.И.Г.», чтобы сделать пробные иллюстрации. Дал ему экз. болгарского издания «В-ка» [«Волшебника»]. 7 [мая 1956 года], понедельник. Наконец, дозвонился в Моск. Кук. Театр, имел разговор с Е.К. Бесядовской. Оказывается, они мне не звонили потому, что 13го сдают премьеру. Она мне сказала, что позвонит мне после 13 и будет [вычеркнуто] иметь со мной разговор. Очевидно, они все же думают ставить «Чуд. пилюли». [вставка между строк: Весь день правил «В.И.Г.» – перепечатку Татьяны.] 8 [мая 1956 года], вторн. Звонили мне из Радиокомитета насчет тех же «Чуд. пилюль». Пьеса не понравилась, радиоинсценировку делать не будут. Ну, понятно, я этого и ждал. Просил прислать рукопись по почте. Созвонился с Херсонским. Через драмсекцию дам ему прочитать «Рыбку-Финиту» и «Т. и Т.». Вечером слушали по радио проект закона о пенсиях. Нет тех золотых гор, о которых когда-то распространялись слухи, но все же обеспечение довольно приличное. Мне полагается пенсия 1200р., а, работая, я получаю около 2000р., при чем ходят слухи о снижении зарплаты научных работников. Т.о. теряю я немного, и последний якорь, еще удерживавший меня в Ин-те, поднят. Разговоров о новом законе очень много повсюду. 9 [мая 1956 года], среда. С утра нагрузился, как ишак, книгами, купленными в Кн. Лавке Писат. и полученными по подписке. Муся свешала и оказалось, что принес около 10 кило. Сшил экземпляры «Волшебника». 12 [мая 1956 года], суббота. Отнес в «Юность» «День амер. журналиста». Взяла Боброва, обещала дать ответ через неделю. В драмсекцию отдал для отзыва Херс. «Рыбку финиту» и «Т. и Т.» Оставил Арию Давид. [Ротницкому] 35р. на журнал «Костер», который воскрес после 15-летнего перерыва. Получил 5 № «Нового Мира», из которого узнал, что реабилитирован прекрасный писатель Бруно Ясенский, облыжно обвиненный и загубленный. Вот еще один грех «культа личности»! Печатается его последний неоконч. роман «Заговор равнодушных». [Бруно Ясенский (1901–1938/1939/1941), польский и советский писатель, поэт, драматург. Погиб в годы сталинских репрессий. https://ru.wikipedia.org/wiki/Бруно_Ясенский ] 14 [мая 1956 года], понедельник. Пережил несколько весьма неприятных минут крайнего страха и нервного расстройства. Мне нужно было в Ин-т к 13ч. на засед. кафедры, и я спокойно ездил по разным делам до 12ч., и вдруг в 12ч. мне показалось, что я уже д.б. в Ин-те и проводить занятия с группой (а это только во вторник!) Я, как угорелый, помчался из Детгиза в метро, сбежал по лестнице, вскочил в вагон, когда дверь уже закрывалась, и стал мрачно соображать, насколько я опоздаю на занятия (выходило не меньше, чем на полчаса) и заявил ли староста группы о моем отсутствии, и как я буду оправдываться... И среди всего этого одна неотвязная мысль: – Немного не дотянул и сорвался!.. И так я доехал почти до Парка Культуры, потом стал смотреть в расписание, и вдруг меня осенило сознание действительности. Я вздохнул с облегчением и уже дальше ехал не торопясь. Этот случай показывает, что мне, действительно, надо расставаться с Ин-том, а то я могу начудить. 15 мая [1956 года], вторник. В газетах объявлено о самоубийстве А.А. Фадеева – допился до печального конца... [Александр Александрович Фадеев (1901–1956), руководитель Союза Писателей в 1938–1944 и 1946–1954 годах. Официально объявленной причиной самоубийства Фадеева был назван алкоголизм, но в наше время считается достоверным фактом, что Фадеев покончил с собой по политическим мотивам. https://ru.wikipedia.org/wiki/Фадеев,_Александр_Александрович ] Жалкая, позорная смерть! Был я/ утром в бане, и там все над ним насмехались. А когда то – перед войной – мы сидели с ним за одним столом, и он говорил о том, что часто обо мне думал и собирался выдвинуть меня в секретари детской секции. И он тепло говорил обо мне в то время, когда меня принимали в члены ССП. Получил из Парижа от изд-ва Hachette посылку, книгу: «Jules Verne et André Laurie. L'Épave du Cynthia». Приятно! [Письмо Волкова в Союзмультфильм, Петру Васильевичу Фролову, 16 мая 1956 года: [ЛитДок-5 за 1956 – 1958 годы, файл 6] Союзмультфильм, Сценарный Отдел, тов. ФРОЛОВУ Петру Васильевичу члена Союза Советских Писателей ВОЛКОВА Александра Мелентьевича. Уважаемый Петр Васильевич! Представляю на Ваше рассмотрение рукопись переработанной мною в последнее время сказки "Волшебник Изумрудного города", широко известной детям Советского Союза и издававшейся за рубежом. По моему мнению, на её основе можно было бы создать полнометражный мультфильм с занимательным сюжетом и оригинальными героями /Страшила, Железный Дровосек, Трусливый Лев и т.д./ В случае принципиального согласия на включение такого фильма в план работы Союзмультфильма на ближайшие годы, я просил бы Вас указать мне соавтора, с которым я мог бы работать, так как я мало знаком со спецификой мультипликационных фильмов. С уважением писатель /Волков/ М о с к в а, К-104, Б.Гнездниковский п., дом 3, кв. 1. Тел. Б 9-72-76. Приложение: Рукопись сказки "Волшебник Изумрудного города". 16 мая 1956 года. ] 17 мая [1956 года], четверг. Получил от Брусиловской перепечатанную рукопись «З. и Н.», вечером правил; прошел больше 40 стр. 18 мая [1956 года], пятн. Во время двухчасового перерыва в Ин-те ездил в Детгиз, закончили с Брус. просмотр рукописи; 2–3 стр. она просила капитально переделать. Тимофеев (завед. ред.) сообщил, приятную новость, что тираж «З. и н.» предполагают еще более увеличить. Говорилось даже о 180.000, но не знаю, можно ли этому верить. Но, во всяком случае, очевидно, тираж перевалит за сотню тысяч. Очень хорошо! Удивил меня сегодня Яснопольский: оказывается, у него за преподавателями очень здорово поставлен шпионаж! Вчера я, сделал оговорку на лекции – назвал ур-ия [уравнения] с правой частью однородными (удивляюсь, как это прошло мимо моего сознания!), а сегодня он уже мне заявил об этом: – А.М.! У вас вчера получился lapsus linguae [обмолвка (лат.)] и т.д. Вот это ловко! Не завидую я товарищам, которые останутся служить у него под началом: он их зажмет в железные клещи – только пищи! Как хорошо, что я ухожу. Я, как узник, выпускаемый из тюрьмы, считаю дни часы... 19 [мая 1956 года], субб. Весь день работал над рукописью «З. и Н.» Правил текст, капитально переработал (вернее, заново написал) три страницы и перепечатал их. 20 [мая 1956 года], Воскресенье. Ездили на дачу. Скверная погода, дождь. Ребята копались на грядках, а я закутался в шубу и читал «Кругосветные путешествия» М. Твэна в отвратильном дореволюционном переводе. Вспоминал Петю («Рао Багадур Баскирао...») [Рао Бахадур – почётный титул времён британского правления в Индии, присваивавшийся за верную службу или действия на благо империи. Рао Бахадур Баскирао Балинкандже Питало – персонаж книги «По экватору» Марка Твена. Петя – возможно имеется в виду младший брат Волкова (1896–1920).] 21 [мая 1956 года], понед. С утра в Детгизе. Закончили с Брусиловской просмотр текста «Земли и неба». 22 [мая 1956 года], вторн. Утром разбирал кн. полки и выбирал материал для «Воды и воздуха». Затем Ин-т, зубной кабинет поликлиники, протезист. Ужасная погода – сильный, порывистый ветер с дождём. Но идет подготовка к поездке на Алтай: написал письмо в Баты, директору школы с просьбой выяснить возможность приобретения там лодки. 23 [мая 1956 года], среда. Свободный день, скверная погода. Сижу дома, разбираюсь с книгами, подбираю материалы для «В. и в.» [«Воды и ветра»] Да – вчера начал читать Ж. Верна и А. Лори «Выброшенный с «Цинтии». Начало не очень интересно, к средине интерес усиливается. Прочитал половину книги. 24 [мая 1956 года], четв. Был Миримский. Дал ему читать «В.И.Г.», подарил рыболовную книжку. Он дал мне совет обратиться с переводами Ж. Верна в из-ва «Моск. Рабочий» и «Трудрезервиздат». Надо будет это сделать. Был еще у нас с ним разговор о том, чтобы я принял участие в книге «Сибирь в прошлом и настоящем», которую ведет Миримский. Это как раз связано с нашей проектируемой поездкой на Алтай. 25 [мая 1956 года], пятница. Провел последнее практич. занятие с группой ЛЩ-55-1. Заявил Яснопольскому о том, что хочу уйти на пенсию. Он начал возражать: — Мне не на кого будет опереться и т.д. Просил меня читать хотя бы лекции, взять полставки. Настроение у меня в связи с этим неважное: опять препятствия, опять откладывается свобода. Говорил с завед. секретн. отделом Лозинским о представлении к ордену Ленина. Он сказал, что надо постараться, чтобы это представление было сделано после 1 авг., до моего ухода с работы. 26 [мая 1956 года], суббота. Был в Детгизе, взял у Брусиловской еще не правленный мною конец рукописи «З. и Н.» Смотрел у Миримского проспект книги «У нас в Сибири». Просил его составить для меня отношение к учреждениям – о помощи в сборе материалов. Размерами статьи можно не особенно стесняться, если она будет интересна. Если Вива сделает интересные фотографии, они могут быть помещены. Вечером ездили к ребятам в Тарасовку на мотоцикле. Саша очень сильно заикается, жаль его. 27 [мая 1956 года], воскр. Ездили на дачу. С утра прекрасная погода, а к вечеру испортилась. Возвращались на мотоцикле под дождем – не очень-то было приятно! 28 [мая 1956 года], понед. С утра правил рукопись «З. и Н.» Потом кафедра и партийное собрание. Разбор дела Литвина. Был у директора. Он тоже просил не бросать совсем работу. Насчет ордена сказал, что я его заслужил, но представление, м.б., нельзя будет сделать сразу после 1 авг., т.к. там еще какие-то правила, но все равно я буду представлен, даже если и уйду с работы. Разговор был очень благожелательный. Надо еще поговорить с Сафроновым и выяснить вопрос. Отпуск у меня, вероятно, будет с 6 июня и придется посещать экзамены групп 1го курса мет. ф-та. Последние дни меня совершенно замучил кашель, наверно, еще примешалась простуда. Начал пить сегодня стрептоцид. 30 [мая 1956 года], среда. С утра позвонил Шманкевичу, узнал, что он едет в Мурманск, писать очерк о каком-то знатном рыбаке. Ему дают командировочные. Муся прицепилась к этому факту и начала говорить, что и я могу получить тоже. Я еще раз позвонил Андрею [Шманкевичу], и он посоветовал обратиться к Камиру. [Андрей Павлович Шманкевич (1908–1970), детский писатель. Друг Волкова. http://www.melik-pashaev.ru/authors/shmankevich-andrey ] Я поехал в Детгиз, захватив с собой рукопись «З. и н.» – последние листы. Там мы с Брусиловской их просмотрели. В коридоре я встретил Шманкевича, он оформлял свою командировку. Серия «Герои шестой пятилетки» идет по редакции Инны Иван. Кротовой, участие принимает Камир (он теперь зам гл. редактора). Шм. сказал Кротовой, что я еду на Алтай, она сразу загорелась и побежала к Камиру. Камир начал уговаривать меня написать очерк о ком-либо из знатных рабочих Бухтарминской ГЭС, и доказывал, что у меня выйдет. При мне же он написал бумажку в Мин. Электростанций, прося указать реальное лицо для очерка. С этой бумажкой мне надо будет туда итти. Я, правда, окончат. ответа Камиру не дал, говорил, что я посоветуюсь с Вивой, но,, видимо, возьму на себя эту работу. Пускаюсь я плыть по неведомому для меня морю, близко соприкасающемуся с Океаном Журналистики. Что то выйдет? Июнь. 1 [июня 1956 года], пятница. Весь день составлял план (постатейный) «Воды и воздуха» и сортировал материалы. Устал порядком. Вчера получил из «Юности» рассказ Ж. Верна «День журналиста в 2889г.» – он им не подошел. Отправил Петровскому иностр. словари. [Никандр Александрович Петровский (1891–1968), специалист в области ономастики, составитель «Словаря русских личных имён». Друг детства Волкова (в дневниках и письмах Волков часто называет его уменьшительным именем «Ника»). https://ru.wikipedia.org/wiki/Петровский,_Никандр_Александрович ] 2 июня [1956 года], суббота. Утром перепечатал план и отправился в Детгиз. Корректорских поправок к «З. и Н.» оказалось много, и мы просмотрели лишь страниц 40, когда внезапно появился некто в летнем костюме, купленном где-то в магазине, и всех редакторш точно ветром выдуло: все кинулись покупать. Я поехал в Ин-т на консультацию, потом встретил зав. сектором кадров Сафронова и узнал от него грустную вещь: к ордену представляют только работающих, а если уйдешь, то весь 25-летний срок пропадает. Вот она, справедливость! И главное зло в том, что представления производятся не по истечении срока выслуги, а по указу свыше, а такого указа не было больше двух лет, т.к. документы представленных тогда до сих пор где-то маринуются. Ну, и бюрократизм же у нас! Можно только надеяться на то, что так как представления не было уже давно, то, м.б., в будущем учебном году оно будет сделано. Работающие на полов. ставке без совместительства сохраняют все права. Значит, придется оставаться на половинной ставке... Все таки жаль терять орден Ленина – признание государством твоих заслуг. 3 [июня 1956 года], воскресенье. Экзамен. Мне помогал Бородуля, к концу подошел Яснопольский. После экзамена я сказал ему, что остаюсь на половинной ставке и буду читать лекции на металл. ф-те. Вот тебе и свобода, которой я так долго и страстно ждал! Долго ли мне тянуть еще эту лямку, которая так опостылела мне... 4 [июня 1956 года]. Утром продолжали и окончили работу над текстом «Земли и Неба». Вся книга исчеркана, и очень глупо: в первой половине книги числительные написанные цифрами, заменены словами, а во второй половине – наоборот! Масса вопросов насчет Солнца, Земли и Луны – где их писать с большой буквы, где с маленькой. Возились мы очень долго. Уходя, взял у Камира бумажку в Мин-во Стр-ва Электрост., потом поехал в сберкассу и там забыл пакет, а когда вернулся из метро – то его не нашел, кто-то присвоил. 8 [июня 1956 года], пятница. Заходил к Брусиловской насчет плана «Зем Воды и Воздуха». План прочитал ст. редактор Тимофеев. Как Майе [Брусиловской], так и ему план понравился, как оригинальный, и они его утвердили с некоторыми, несущественными сокращениями. Кстати, был интересный разговор. Когда Брус. узнала, что я написал «Самолеты на войне», у нее явилась идея создать книжку о самолетах для маленьких, чтоб там были рисунки и мой текст (примерно, на поллиста). Т.к. такой книжки в плане пока нет, они вознамерились поставить ее «в резерв». Надо будет постараться, чтобы это намерение осуществилось. В меня они уверовали крепко и хотят сразу дать художника (по моему предложению Кыштымова), как только в руках у них будут первые статьи. Я обещал дать их еще до отъезда на Алтай. В тот же день мне звонил из Мультфильма редактор Воронов. «В.И.Г.» вряд ли пойдет, но они хотели бы заручиться моим сотрудничеством, и он просил меня зайти на той неделе в любое время. 9 [июня 1956 года], суббота. Утром посидел на экзамене до 13ч., а потом оставил Исакова доканчивать, а сам поехал домой. Там занимались укладкой вещей в ожидании машины. Но машина не пришла, Вива с Мусей уехали на дачу на мотоцикле, а я с Адиком – на поезде (купил я себе сезонный билет). 10 [июня 1956 года], воскр. Весь день уборка и мытье дачи. Я себя чувствовал неважно, почти не принимал участия во всей этой суете. 11 [июня 1956 года], понед. Все уехали в город, а я остался один и вплотную начал работать над книгой «Вода и воздух на службе человека» [Возможно, именно эта книга выйдет потом под заглавием «След за кормой»]. Поработалось очень хорошо, написал 16 стран. блокнота на тему о невольном путешествии У-Нака на стволе дерева. Мне кажется, получилось хорошо. Поздно вечером приехал Вива и сообщил, что дело с машиной опять сорвалось. Будут переезжать завтра. Он привез кой-какие продукты. Вечером меня одолело колотье, хотя жидкости я, по-моему, пил в тот день мало. Лежал с грелкой. Спал очень плохо, долго была бессонница, вспоминал дни молодости. А с 3 часов просыпался через каждые 10–20 минут, чтобы не проспать и разбудить Виву в 6часов. 12 [июня 1956 года], вторн. Еще с вечера болела голова и встал с головной болью. Продолжал работу над «В. и В.». Идет как-будто ничего. Закончил первую главу: «Сто тысяч лет назад». Она получилась около печ. листа – это уже пятая часть книги! Видимо, придется сильно сократить число глав. 13 [июня 1956 года], среда. Правил 1-ую главу, внес одну большую вставку и ряд мелких. Разыскал материалы из «Моей Военной книги», которые мне очень пригодятся.» 14 [июня 1956 года], четверг. Начал писать главу «Ветер по морю гуляет...» – о парусных кораблях. Написал стр. 14 блокнота. 15 [июня 1956 года], пятница. Сегодня день моего рождения – мне исполнилось 65 лет, подумать только! [Традиционно уточняю, что на самом деле день рождения Волкова по новому стилю – 14 июня, но Волков узнал об этом позже.] На днях перечитывал строки, написанные мною в старом дневнике по поводу моего пятидесятилетия. Как я тогда еще надеялся на будущее и строил планы... Пятнадцать лет прошло с тех пор – изменилось лицо мира, изменилась и моя жизнь: вот уже почти десять лет, как со мной нет моей милой Галюсеньки, моего лучшего друга и вдохновителя. Ей я обязан всем, чего я добился в жизни. Теперь уж я не строю далеких планов... Сегодня работал как обычно. Написал очерк «Пловучие самовары». Перепечатал 10 стр. из первой главы. Надумал послать первую главу, представляющую отдельный рассказ «Сто тысяч лет назад» в «Пионер». 16 [июня 1956 года], субб. Напечатал еще 10 страниц, первую главу закончил. Немного правил следующие очерки. 17 [июня 1956 года], воскр. Не работал. Были Худяковы, справлялся день моего рождения. 18 [июня 1956 года], понед. Начал писать главу «На дне воздушного океана». Сделал очерки «Что такое воздух?», «Греет ли землю воздушное покрывало?» 19 [июня 1956 года], вторн. Написал очерки «Чем мы дышим» и «Воздух убивает больше, чем меч». Заготовил для «Пионера» рассказ «Пятьдесят тысяч лет назад». Я после размышлений пришел к выводу, что так лучше, чем «100 тысяч лет назад», а потом посмотрел 1 том «Всемир. Истории», и оказалось, что я сделал правильно. Рассказ закруглил одной фразой в две строчки. 20 [июня 1956 года], среда. Работал дома: искал в книгах и «БСЭ» [Большой Советской Энциклопедии] ответы на многие вопросы, возникшие во время работы над пре[ды]дущими главами. Захватил кое-какие источники. Отправил в «Пионер» очерк. Был Ин-те, завез туда конспекты своих лекций. 21 [июня 1956 года], четверг Перепечатал 10 страниц. 22 [июня 1956 года], пятница. Написал почти всю главу «Труды и развлечения господина Ветра». Напечатано 10 страниц. 23 [июня 1956 года], субб. Написал главку о рыбном заморе на Ламе. Печатал. Важное семейное событие – Перлин допустил Мусю к защите диплома. 24 [июня 1956 года], воскр. Писал и перепечатывал об ураганах. 25 [июня 1956 года], понед. Написал очерк «Теплый воздух или водород». Но он мне очень не понравился, и я ночью придумал, как его повернуть. Перепечатал 15 страниц. Спина уже привыкла, не устаю. 26 [июня 1956 года], вт. Написал очерк «Кто первый?» – о соперничестве Монгольфье и Шарля. Он мне очень понравился, напечатал лишний экз. для журнала. Печатал. Очень жалею, что не привез сюда «Олимпию», «Москва» очень паршиво работает! [Братья Монгольфье и Жак Шарль – соперники в вопросе об изобретении воздушного шара (1783). В честь изобретателей одни разновидности воздушных шаров именовались монгольфьерами, другие шарльерами. https://ru.wikipedia.org/wiki/Братья_Монгольфье ] Книга всецело захватила меня, работаю много и с увлечением. Ночью придумал, как внести в книгу еще больше разнообразия и внести новые жанры. 27 [июня 1956 года], среда. Продолжал писать и печатать главу «По воздушным дорогам». Использовал очерки «На восковых крыльях» и «Может ли человек летать, как птица?» Они написаны, кажется, в 1947году, но хороши, как раз в духе книги. Объем книги меня стесняет. Сегодня подсчитал – напечатано уже 95 страниц, а еще нет предисловия и целого ряда главок, где хотелось бы развернуть новые жанры. С 11 июня по сегодняшний день написано и перепечатано больше 4 печ. листов, а договор всего на 5. Ничего, прибавят! Сегодня в «Правде» помещена очень большая и откровенная статья Юджина Денниса (США) об итогах ХХ съезда КПСС. И, кстати, любопытный политический штрих: сегодня Авт. Завод имени Сталина переименован в Автом. З-д имени Лихачева. 28 [июня 1956 года], четверг. Ночью лежал и обдумывал дневник Гриши Нечипоренко, пришлось вставать несколько раз и записывать – боялся, что потом ускользнет. А получается, по-моему, интересно. [Гриша Нечипоренко – ранний вариант имени главного героя повести Волкова «Путешественники в третье тысячелетие»; в чистовом варианте переименован в Гришу Челнокова. Значительная часть повести построена в виде дневниковых записей школьника Гриши Челнокова. Вопреки звучному названию, повесть не относится к жанру фантастики (с машиной времени и т.п.). Сюжет её посвящён строительству Волго-Донского канала, а путешественниками в третье тысячелетие названы герои повести, школьники 1950-х годов, поскольку они имели хорошие шансы дожить до 2001 года, знаменующего начало нового тысячелетия.] Написал главки «Легче или тяжелее воздуха?» и «Таинственные взрывы». Перепечатал их. Тем самым закончил главу «По воздушным дорогам». Книга уже перевалила за 100 страниц. Вечером приехала Муся и сообщила, что диплом защитила – на тройку. По этому случаю устроили маленькое семейное торжество. 29 [июня 1956 года], пятн. Ездил в Москву за материалами для книги, гл. обр., для Волго-Дона. Волго-Дон, дневник Грицка Нечипоренко не дает мне покоя ни днем ни ночью. Да еще стоят в голове герои «Воздушного золота» – привез план 30-х годов. [О составлении плана для будущего рассказа «Воздушное золото» Волков кратко упоминает в записи от 13 января 1939 года. Много лет спустя, 18 июля 1968 года, работая над рукописью сказки «Жёлтый Туман», Волков переделал рассказ «Воздушное золото» в одноимённую главу, повествующую о приключениях Чарли Блека. Но 13 марта 1972 года редактор Алла Стройло и художник Леонид Владимирский убедили Волкова исключить эту главу ради цельности сказки.] На вокзале встретил Бермана, и он мне сказал, что Перлин всячески старался утопить Мусю, но голоса разделились три на три, и это ему не удалось, он в конце концов сдался, подал свой голос за. Ужасное свинство, т.к. она отвечала совсем не плохо. Вернулся с головной болью, ночью пил цитрамон. Был в Лен. б-ке, узнал фамилию автора «Господина Ветра» – оказалось, Мюссэ – а, я, ведь, так и думал! Все таки удивительная у меня память, я читал эту книжку так давно. Заказал ее – поеду в понедельник и напишу предисловие. [«Господин Ветер и Госпожа Непогода» – сказка Поля-Эдма де Мюссе (1804–1880).] 30 [июня 1956 года], суббота. Написал «Воздушное золото». Во время работы над рассказом пришла в голову мысль написать повесть «Рассказы Остапа Незамайбатько» – по моему, должна получиться хорошая вещь к 40-летию советской власти.

Гроза: Чарли, спасибо, а кто такие Люся из 10.03. и Муся из 29-30. 06. неизвестно?

саль: Какая поразительная энергия у человека. Мне, тем более, есть с чем сравнивать. Я сейчас примерно его ровесник, по отношению к тому, каким он был в описываемом году. А тут еще и мистика всякая. Мало было Тита Титыча в "Рыбке Фините", прибавился еще "Терентий и Тентий". Кроме того, что напомнил "Тику Сверчка", еще и сокращение - ТиТ. А уж на год взглянуть - зачешешься. 1956 г ! Чуть-чуть до ноября осталось.


Чарли Блек: Гроза, спасибо ) Гроза пишет: а кто такие Люся из 10.03. и Муся из 29-30. 06. неизвестно? Насчёт Люси точно сказать не могу: в принципе Волков называл так свою младшую сестру Людмилу (1906–1991?). Но Людмила вроде бы жила в другом городе, поэтому не факт, что она тождественна Люсе из записи от 10.03.1956. А вот Муся - это Мария Кузьминична Волкова, жена волковского сына Вивиана, мать Калерии Вивиановны Волковой. Самому Волкову, соответственно, Муся приходится невесткой. саль пишет: Какая поразительная энергия у человека. Мне, тем более, есть с чем сравнивать. Я сейчас примерно его ровесник, по отношению к тому, каким он был в описываемом году. Да, Волков сохранял исключительную работоспособность как минимум до 1974 года включительно. Хотя уже из нынешней порции записей видно, что институтская работа его очень тяготила, и он стремился скорей от неё избавиться. Но не для праздного отдыха на пенсии, а чтобы в полную силу заняться творчеством. саль пишет: А тут еще и мистика всякая. Мало было Тита Титыча в "Рыбке Фините", прибавился еще "Терентий и Тентий". Кроме того, что напомнил "Тику Сверчка", еще и сокращение - ТиТ. Действительно, совпадения интересные... Вроде не такая уж расхожая аббревиатура, а столько раз воспроизвелась. Сюжетные переклички тоже удивляют, но, пожалуй, в меньшей степени, поскольку идея теневого двойника достаточно популярна. Тут и Андерсен, и Шварц, и найденный вами первоисточник в лице Шамиссо, отчасти ещё Джекил и Хайд у Стивенсона, а из последующих - ваш Сверчок и "Мальчик без Тени" Софьи Прокофьевой. Это только из того, что вспомнилось навскидку... А сколько ещё должно быть вещей, о которых я и не слышал. Или тех, что примыкают к теме двойничества менее плотно, например "Женщина в белом" Коллинза. саль пишет: 1956 г ! Чуть-чуть до ноября осталось. За 6 ноября ожидается коротенькая, но весьма воинственная дневниковая запись. Надеюсь добраться до неё в следующей выкладке (или, в крайнем случае, через одну).

Руслан: Очень интересный отрывок, дающий понять момент окончательного крушения образа Сталина в глазах писателя. Причем, похоже, образ увядал в перерывае между войной и этими датами дневника, раз Волков считал "царь хороший, бояре плохие", да и какого-то отторжения от новой информации не испытал. У Волкова по дневникам прослеживается довольно занятное сочетание наивности и расссудительности. Он легко принимает новую информацию, каждый раз так правдоподобно удивлясь ей. Насколько Волков искренен в своих удивлениях, размышлять смысла нет - все равно не проверить. С одной стороны, вряд ли стал бы даже в дневнике писать все, что думал, пока это не стало разрешено, как с развенчанием Сталина. Должен же был понимать, что если будет обыск, дневник найдут, особенно когда столько знакомых попали под каток репрессий. С другой, считать, что все это делается с оглядкой, тоже оснований вроде бы нет. Так что вроде бы и впрямь удивлялся всему новому, но в то же время твердо стоит на ногах в решении бытовых вопросов.

Гроза: Муся - это Мария Кузьминична Волкова Точно, ведь все было сказано, когда они в кино ходили, но у меня она еще с Татьяной смешалась (которая перепечатывала ВИГв записях за апрель).

Sabretooth: Чарли Блек пишет: Андрей Павлович Шманкевич (1908–1970), детский писатель. Друг Волкова. В журнале "Наука и жизнь" за июнь 1968 года есть его (в соавторстве с Юрием Смирновым) сказка "Про ящерёнка Гекко, который живёт в Австралии". А через несколько месяцев, в сентябре того же года в том же журнале начали публиковать ОБМ. Так как я читал в один период времени журналы за тот год, то эти 2 сказки у меня с тех пор так и стали друг с другом ассоциироваться

Чарли Блек: Руслан пишет: да и какого-то отторжения от новой информации не испытал Калерия Вивиановна как-то говорила, что Волков был очень доверчивым человеком, его любой мог провести, если этого хотел. Видно, что информацию о Сталине Волков тоже воспринимал с доверием - и когда пропаганда восхваляла Сталина при жизни, и когда развенчала его уже в хрущёвские времена. Насколько помню, какие-то опасения и даже меры предосторожности у Волкова были после ареста его друга, писателя Ефима Пермитина, зимой 1937-38 года. Но верить Сталину Волков при этом не переставал. Воспоминания его о том периоде приводит Т.В.Галкина (см. под MORE):

Чарли Блек: Sabretooth пишет: "Про ящерёнка Гекко, который живёт в Австралии" И здесь тоже скажу: возникла догадка о некотором сходстве имён, ящерёнок Гекко -?- ящер Ойххо Но это конечно только гипотеза, фактами не подкреплённая

Руслан: Чарли Блек пишет: Видно, что информацию о Сталине Волков тоже воспринимал с доверием - и когда пропаганда восхваляла Сталина при жизни, и когда развенчала его уже в хрущёвские времена. И впрямь какое-то фанатичное одобрение, достойное названия культа. Чтобы люди считали трагедии с близкими ошибками системы, перечеркивали свою память о своих прежних героях, которых теперь называли врагами, и при этом не задали очевидный вопрос - может, они верят не тому? То ли желание комфорта зашкаливало, то ли последствия резкого слома ментальности поколения в потрясениях революции, создания СССР, войны...

Чарли Блек: Руслан пишет: и при этом не задали очевидный вопрос - может, они верят не тому? Мне думается, тут сочетание сразу многих причин: 1. Монополия государства на информацию. Когда пропаганда из всех щелей твердит об одном и том же, а альтернативные точки зрения вообще не представлены, - людям трудно сохранить трезвый взгляд на вещи. 2. Недоступность полной картины событий. Т.е. мало кто представлял истинные масштабы террора. Люди видели, что арестован один, арестован другой, кто-то из видных госдеятелей, кто-то из дальних знакомых... Но за невиновность могли поручиться лишь в отношении самых близких, а про остальных думали: может и вправду взяли за дело. А то что жертв сотни тысяч по всей стране, не знал вероятно никто (кроме организаторов этого действа). Меня в своё время поразили два статистических факта: 1) из первых семи лидеров комсомола были уничтожены шесть, а седьмой много лет отсидел; 2) из первого советского правительства (Совнаркома в составе 15 человек) - уничтожены были все поголовно, кроме самого Сталина и 4-х человек, успевших умереть до начала репрессий. После этих фактов вопрос "кому верить" отпал сам собой: легче допустить, что оскотинился один человек, чем то, что оскотинились все. Но обычные люди при Сталине подобной статистикой не владели. Впрочем, на убеждённых сталинистов эта статистика не действует и сейчас, хотя давно уже общедоступна. 3. Неоднозначность фигуры самого Сталина. Если бы он творил только злодейства, людям было бы проще разобраться, кто он такой. Но при Сталине, помимо злодейств, делалась и масса вещей, воспринимавшихся как позитивные, в т.ч. грандиозный подъём экономики, тысячи новых заводов, избавление от безработицы, ускоренная урбанизация, победа в тяжелейшей войне, приращение территорий, рост влияния страны в мире и т.д. Электрификация, становление авиации, расцвет кинематографа, сталинский ампир - всё это создавало впечатление, что в целом страна движется в правильном направлении, и делает это "под мудрым руководством вождя". Тем более, что достижения широко освещались, а злодейства и промахи во многом замалчивались. 4. Открытость судебных процессов 30-х годов. Если бы обвиняемые вместо покаяний и самооговоров заявили во всеуслышанье, что процессы сфальсифицированы, отношение в обществе могло бы быть другим. А так люди слушали и поражались: "они же сами во всём признались, вот мерзавцы!" 5. Сам Сталин и взращённая им "элита" не дразнили народ вызывающей роскошью. Не было олигархов с дворцами и яхтами, миллиардеров, шикующей богемы, поп-звёзд с запредельными гонорарами, вояжей в Париж на шопинг, вилл на Лазурном берегу и счетов в швейцарских банках. Поэтому до сих пор среди простых людей многие относятся к Сталину позитивно, несмотря ни на какие разоблачения. Он и сам воспринимается как народный заступник, человек из народа, суровый, но справедливый. По крайней мере, такая точка зрения мне встречается очень часто среди людей, кто хоть сколько-то интересуется историей.

саль: Чарли Блек пишет: Он сам воспринимается как народный заступник, человек из народа, суровый, но справедливый. Это подкреплялось и неравномерным социальным распределением арестованных и сгинувших. Если среди них попадались и работяги, то садились в основном за хищения, несунство, по хулиганским статьям. И их было меньше в количественном отношении (а тем более в процентном) по сравнию с руководящими работниками или людьми особого статуса (спортсмены, артисты, торговые работники и пр.) И они чаще шли за вредительство и дальше - диверсия, заговор, шпионаж... и таких людей рабочему было легче представить осужденными по заслугам. Они по определению, через одного рассматривались в обиходе, как потенциальные преступники и враги. Руслан пишет: Чтобы люди считали трагедии с близкими ошибками системы, перечеркивали свою память о своих прежних героях, которых теперь называли врагами, и при этом не задали очевидный вопрос - может, они верят не тому? Не совсем так. При аресте близкого человека всегда находили виновного - недоброжелателя, доносчика, завистника которого по своей догадке сразу называли по имени, даже не требуя обоснований. А весь исполнительный аппарат, включившийся в дело по вине инициатора, считался бездушной равнодушной машиной, в задачи котрого не входило разбираться в виновности и невиновности. Сталин же был далеко, где уж ему было во всём разобраться, у него и так дел - через край. То есть схема простая. Есть провокатор, который - лично заинтересованная сволочь, а дальше всё, как с горки, уже бумага ведет дело, и никто не в силах его остановить. А Сталин здесь не при чём, не он же сажает. Не было бы того гада, который настучал, был бы жив человек. На кого не донесли - все живы. То есть, зачем искать виновного, когда он и так известен. Инами словами, не будь среди людей сволочей, не было бы и сгинувших напрасно.

Ladyofpayne: Кто читал Баума из какой книги у него эпизод с сотоворением Гуррикапом Волшебной страны? Из Семи Подземных королей.

Ladyofpayne: Руслан пишет: и при этом не задали очевидный вопрос - может, они верят не тому? Вождизмы и прочие измы шли от пропаганды, а восхваление не соотсветствовало том, что было на самом деле. А что вообще о нем знали? Даже о том что Гитлер это Ротшильд никому не сказали. Где там его дети-то сейчас, разве не в Загнивающем Западе? И да -- у меня вся семья была на войне поэтому я даже говорить не хочу об этом Вожде народов. Чарли Блек пишет: Сам Сталин и взращённая им "элита" не дразнили народ вызывающей роскошью. Вы дачи его видели?

Руслан: Ladyofpayne пишет: Кто читал Баума из какой книги у него эпизод с сотоворением Гуррикапом Волшебной страны? Из Семи Подземных королей. Прямого соотвествия нет. У Баума не было Гуррикапа, создала ВС фея Лурлина, оставив там наместницей фею из своей свиты, которая воплотилась в теле ребенка и жила как Озма. Впервые была упомянута в "The Tin Woodman of Oz, у продолжателей канона даже участовала в сюжете.

Чарли Блек: Оцифровка за июль – декабрь 1956 года: [Для удобства чтения, фрагменты, относящиеся к «Изумрудному городу», выделены фиолетовым цветом, возможные переклички с темой «Изумрудного города» – красным. Мои комментарии – синие в квадратных скобках.] * * * * * Июль. 1 [июля 1956 года], воскресенье. Подбирал материалы для дневника Грицка Нечипоренко: разбирал кучу «Огоньков» и подчеркивал нужные места. [«Огонёк» – популярный советский журнал.] 2 [июля 1956 года], понед. Утром несколько часов проканителились с Мусей на механич. заводе: приобретали котел для газового отопления. Потом проехали домой. Звонил в Мин-во Стр-ства Электрост., опять не получил ответа, поручил дело Адику. В 6 ч. приехал в Лен. б-ку и был неприятно поражен тем, что зал №2 на несколько дней закрыт для читателей. Однако, библиотекарши пошли мне навстречу, выдали Мюссэ, я пошел во втор зал №3 и там проконспектировал сказку. 3 [июля 1956 года], вторник. Сегодня обработал сказку Мюссэ в ироническом плане, вскрыв неприглядное нутро их героев и особенно этого удачника Пьеро. По-моему, эту сказку теперь только и можно подать в таком плане, иначе ее мораль не выдержит критики. Перепечатал на машинке, получилось целых 12 страниц. А ведь придется добавить еще страницы 3 – собственно введение. 4 [июля 1956 года], среда. Закончил введение, добавились 2 страницы. Перепечатал их; перепечатал «Воздушное золото» – 14 стр. Всего получилось в рукописи 130 страниц (Введение и 5 глав). Остающиеся 2 главы потребуют min. стр. 50. 5 [июля 1956 года], четверг. С утра в Москве. Заказал билеты на 14 июля – с трудом. Потом хлопоты по перевозке котла. Вечером начал править рукопись; прошел введение. Правка получается довольно основательная. Начал пить морскую капусту (купил 10 пакетов!) 6 [июля 1956 года], пятница. Перевез котел, побывал в поликлинике с зубным протезом. Вечером правил рукопись. 7 [июля 1956 года], суббота. Правка рукописи. Перепечатал 8 страниц рассказа «50 тысяч лет назад», недостающие в 3-м экземпляре. Муся в Москве получила билеты. 8 [июля 1956 года], воскресенье. Ночь выдалась очень беспокойная. С вечера меня толкала Каля, не мог уснуть, и вдруг мне пришел в голову сюжет рассказа об Остапе Незамайбатько – «Воскрешение «Летучего Голландца». Начал его обдумывать, сон всё не приходил. Проспал от 1ч. до 4ч., потом проснулся, опять рассказ полез в голову. [вычеркнуто] Еще немного подремал, а потом пришлось встать и сесть за работу. Начал писать рассказ в 7 часов, а кончил в 1245, потом правил. [21 июля 1968 года при написании сказки «Жёлтый Туман» Волков переработал этот рассказ в главу «Летучий Голландец», повествующую о приключениях Чарли Блека. Но эта глава, как и «Воздушное золото», была исключена из итоговой редакции сказки по совету Аллы Стройло и Леонида Владимирского от 13 марта 1972 года.] Итак, появился второй рассказ из книги «Рассказы Остапа Незамайбатько» и во время работы над ним возник замысел третьего: Остап спасает преследуемого царской жандармерией революционера из Одессы 1905 года. 9 [июля 1956 года], понед. Кончил правку рукописи, получилось 6½ листов, хотя предполагаю написать еще 2 главы. Никогда невозможно уложиться в прокрустово ложе договорных объемов! Сшил рукописи. 10 [июля 1956 года], втор. С утра уехали в Москву с ночевой. Весь день сборы, ходьба по магазинам, покупки, их укладывание в чемодан и т.д. Вечером смотрели в кино «Анаконду». 11 [июля 1956 года], среда. Свез и отдал Брусиловской 2 экз. «Воды и воздуха», просил не торопиться с прочтением. Очень удачно встретил на ул. Горького [ныне Тверская улица] Л.Г. Шпет. Узнал от нее, что она направила мою пьесу «Терентий и Тентий» по инстанциям (сначала в какое-то управл. при Мин-стве Культуры, а оттуда она должна пойти в Главлит и далее – в отд. распр. УОАП). Пьесой заинтересовался директор рижского театра кукол и даже перепечатал ее для себя с един. экз-ра, который был у Шпет. Помимо этого Шпет поместила в информацию о моей пьесе в бюллетень, к-ый выпускает театр Образцова. В общем, с ее стороны проявлено хорошее и горячее участие, что довольно трудно встретить. Л.Г. дошла до моей квартиры, и я ей дал два экземпляра «Т. и Т.» для дальнейших хлопот по продвижению пьесы. Звонил в ред. «Моск. Рабочего» и договорился там с неким Фирсовым, что они прочитают переводы Ж. Верна, сделанные мною. Он, правда, пытался отговориться тем, что они издают уже переведенные вещи – общеизвестные. Вечером вернулись на дачу. 12 [июля 1956 года], четверг. Весь день провозился над двумя сачками для ловли хариусов. Посмотрим, как они себя покажут... 13 [июля 1956 года], пятница. Утром – Москва, сборы. Тем не менее, занимался и литер. делами. Пошел в «Моск. Раб.», познакомился с Вас. Петровичем Фирсовым – очень приятный человек. Я довольно быстро убедил его, что гораздо лучше издавать Ж. Верна, незнакомого читателям, чем давно известные вещи. У них установка – издавать то, что уже печаталось, и, когда он узнал, что печатался мой перевод «Барсака», он попросил меня принести его. Я мигом обернулся и принес. Теперь у них 3 романа – на однотомник, которым он чуть ли не решил заменить «Т. остр.» [«Таинственный остров»] (они его собирались издавать). Я заполнил анкету, указал ряд своих произведений и то, что имеется много переводов заграницей. Это произвело на него большое впечатление, и он мне сказал: – Думаю, что у нас дело выйдет. А на прощанье он мне сказал, что нужно бы заняться моими оригин. вещами. Я в ответ рассказал ему о «Зодчих». Если у меня завяжутся связи с «М.Р.», это будет здорово! Август. 12 [августа 1956 года], воскресенье. Возвращение из поездки на Алтай. 14 [августа 1956 года], вторник. Был в Детгизе. Брусиловская еще не читала рукопись «Вода и воздух»; договорились, что я буду у нее в начале будущей недели. Заходил в Книжную Лавку Писателей, накупил кучу книг. 22 [августа 1956 года], среда. Накануне Вива по моей просьбе звонил Брусиловской, она рукопись прочла и просила меня приехать. Утром я прибыл в Детгиз. Рукопись прочла не только Майя [Брусиловская], но и Мих. Антонович (ясно – она одна побоялась судить!) В мнениях они оказались единодушны (у всех редакторов одинаковое воспитание и одинаковые взгляды). Оригинальность рукописи до них не дошла. – Вы пишете о людях, а не о воде и воздухе! – вот любопытный упрек, который я услыхал от них. Обычно писателей упрекают за то, что у них много написано о машинах, но нет ничего о людях, а здесь наоборот. Я дал многое из истории культуры, а им нужна физика и техника. Понятно, я могу написать и в таком плане, хотя многое придется переделывать. Вставлю целый ряд статей, к-ые я было исключил из плана: о гидростанциях, о строительстве прудов и прудовом хозяйстве и т.п. Добавлю и новое: земснаряды, гидромониторы, тяжелая вода, как атомное горючее и пр. и пр. Редакторы нашли, что в книге нет системы, придется перестроить ее план. Ночью долго лежал без сна и думал... В Детгизе встретил В.В. Архангельского. Он принят в члены ССП; «Сов. Писатель» поручил ему и Херсонскому составить большой рыболовн. сборник на 30 листов. Арх. просил меня написать большой очерк (до печ. листа) об Иртышском водохранилище. Я обещал это сделать. В общем поездка на Алтай снабдила меня большим литературным материалом. [Владимир Васильевич Архангельский (1906–1976), писатель, журналист, друг Волкова, один из организаторов альманаха «Рыболов-спортсмен» (с этим альманахом сотрудничал Волков, будучи сам заядлым рыболовом). https://ru.wikipedia.org/wiki/Архангельский,_Владимир_Васильевич ] Разговаривал и с Миримским об очерке «Шестьдесят лет»; этот очерк д.б. лирическим, поменьше статистики. Что ж, это даже лучше. Спрашивал его о «Волш.» – пока ничего нового. Звонил в «Моск. Раб.» Фирсову по поводу однотомника Ж. Верна. Он еще не прочитал материал и усиленно извинялся. Язык переводов ему очень нравится, он будет рекомендовать руководству. 23 [августа 1956 года], четверг. Начал переработку «Воды и воздуха». Вычеркиваю абзацами, полустраницами и целыми страницами и пишу вставки. Много времени отнимают систем. занятия с Калей по русскому яз., чтению и арифметике. 24 [августа 1956 года], пятница. С утра хорошо поработал над «В. и в.», написал много нового. Сделал больше половины обширной статьи «Колесо и винт» с физическим уклоном, очень явственным. Нужно сказать, что наши редакторы недооценивают развитие ребят 4–5 класса и занижают даваемый им материал. Сегодня, собирая малину, я слушал как играют в летчики на молодовской террасе Леночка (перешла в 3 класс) и Каля с Сашей (перешли во 2 класс). Они говорили и отдавали приказания нарочито грубыми «мужскими» голосами, запросто и с полным пониманием употребляя такие выражения: – Нам отведено десять часов... десять летных часов... – Бой будет нелегкий. Показалась эскадра... (другой поправляет «эскадрилья» самолетов... – Замечен бомбардировщик в сопровождении двух истребителей... Они свободно пользуются терминами: «штурман», «радиолокатор» и т.п. А старшей из них всего 9 лет! Нет, в наш век техники не надо бояться говорить с ребятами о технике! 25 [августа 1956 года], суббота. Вечером читал Кронина «Звезды смотрят вниз», хорошую, но очень пессимистическую книгу. Был сильный дождь, что то случилось с проводами, и свет отчаянно замигал, и уже не мог выправиться. [Арчибальд Джозеф Кронин (1896–1981), английский писатель и врач. Автор романов «Замок Броуди», «Звёзды смотрят вниз», «Цитадель», дилогии «Юные годы»–«Путь Шеннона» и др. https://ru.wikipedia.org/wiki/Кронин,_Арчибалд ] Пришлось ложиться спать в половине одиннадцатого, но так как это было рано, то меня одолела отчаянная бессонница, и я не спал до трех часов утра. О многом думал, и в частности, начал вспоминать свою «Родину», которая в годы эвакуации писалась для гимна, но Гершфельд подвел меня, не представив мой текст. Я ночью переделал два первые куплета, а над третьим куплетом и припевом просидел сегодня весь день. Вот что у меня получилось. Отчизна! Ты знала и годы страданья, И бури войны над тобою прошли, Но крепко сковали твои испытанья Могущество нашей советской земли. Ты, наш народ, заслужил свое счастье, Цель пред тобою ясна впереди: С партией в ногу, с советскою властью [карандашная пометка на полях: «?Не плагиат ли?»] В светлую даль коммунизма иди! [карандашом, над первой строкой куплета: «Отчизна! Гордись ты своими сынами,»] Ты вправе гордиться своими сынами, [слово «своими» взято в карандашные скобки] Их партией – мудрой народа душой; Поднявши бессмертного Ленина знамя, Она его держит победной рукой. Припев. [карандашом, над первыми двумя словами первой строки куплета: «Отчизна! Войне»] Насилью войны ты готовишь могилу, Превыше всего дело мира любя. Но сломит врага наша грозная сила, Коль руку решит он поднять на тебя. Припев. Но это меня не удовлетворяет. Припев хорош по мысли, но плох по оформлению: обращение на ты то к отчизне, то к советскому народу дезориентирует слушателя, и поэтому припев придется переделать и говорить о народе в третьем лице. «Даль коммунизма» то же не годится, установка такова, что коммунизм не так уж далек. Может быть, «светлый простор коммунизма»? Завтра буду переделывать.

Чарли Блек: Сентябрь. 5 [сентября 1956 года], cреда. Переехали с дачи 2 сент., в воскресенье. В этот раз Вива перевез все вещи на мотоцикле, употребил на это три поездки. Но до сегодняшнего дня все еще не могу приняться за работу: разборка книг отняла много времени, книги просто затопляют [вычеркнуто] квартиру, начал выкладывать на шкафы... Занятия в Ин-те тоже сильно мешают. Вчера я разговаривал с Сафроновым и узнал важную вещь: он сообщил, что награждения за выслугу лет прекращены и представляют только за особые заслуги. Это совершенно меняет мои планы. Дождусь Глека, к-ый сейчас в отпуске и переговорю с ним. Если он откажется меня представить, ухожу на пенсию, и, м.б., оставлю на этот семестр почасовые занятия, если это нужно будет кафедре. В прошедшие дни думал над гимном и внес кой-какие изменения. Теперь он выглядит так: Отчизна! Ты знала труды и страданья, И бури войны над тобою прошли, Но крепко сковали твои испытанья Могущество русской, советской земли. Припев: В трудной борьбе заслужив себе счастье, Выбрал свой путь наш великий народ: [над словами «свой путь наш» карандашом вписан вариант: «до-ро-гу», по слогу над каждым словом] С партией в ногу, с советскою властью В светлый простор коммунизма идёт. [над началом строки карандашом вписан вариант: «Светлым путем к»; над окончанием слова «коммунизма» вписан вариант окончания: «у»] [ремарка карандашом: (Карандашные варианты сделаны после отсылки гимна в ЦК)] Отчизна! Гордись ты своими сынами, Их партией – мудрой народа душой; Подняв незабвенного Ленина знамя, Она его держит победной рукой. Припев. Отчизна! Войне ты готовишь могилу, Превыше всего дело мира любя, Но враг ощутит твою грозную силу, Коль руку посмеет поднять на тебя! Припев. Сегодня думаю послать гимн в ЦК КПСС. (послал). Приятное известие. В 12ч. позвонил Фирсову в «Московск. Рабочий» и узнал от него, что «Дун. лоцман» включен в план, и они думают его печатать. Роман ему очень понравился и по содержанию и по языку. Все же насчет перевода они хотят дать его на редакцию Евген. Федор. Коршу, переводчику. Я, понятно, не возражал. Ф. просил меня принести еще что-нибудь, если у меня есть, и я сказал о «Родном знамени» и захватил его с собой, а в редакции рассказал его содержание. Ф. познакомил меня с директором изд-ва Николаем Хрисанфовичем, очень симпатичным человеком». После обсуждения пришли к решению, что однотомник должен содержать «Дун. лоцман» и «Приключ. экспедиции Барсака», при чем я обещал дать полный перевод Барсака. Не знаю только, как я его сумею сделать – столько работы! Звонила мне из «Пионера» Елена Львовна Коваленко – известие не столь приятное: «50 тысяч лет назад» не подошло, растянуто, «статейно». Спрашивала о том, когда будет готова книга, и нет ли у меня другого очерка. Я обещал послать «Кто первый?» Сегодняшний день богат литературными событиями. Вечером был у меня М.А. Заборский и сообщил, что изд-во «Мол. Гвардия» решило переиздать Сабанеева «Рыбы России» (в сокращенном виде) – с одобрения ЦК, и гл. редактор «М. Гв.» Потемкин предложил Заборскому взять на себя организацию этого дела и образовать редколлегию. Заборский пригласил меня, а с Самариным, Херсонским и другими он не желает иметь никакого дела и называет их «бандитами» и ремесленниками. Я дал принципиальное согласие, т.к. книгу Сабанеева знаю и люблю вот уже почти полсотни лет. Необходимо еще пригласить сведущего ихтиолога, чтобы разбирать утверждения Сабанеева с научной точки зрения. Любопытно, выйдет ли что-нибудь из этого? [Михаил Александрович Заборский (1905?–после 1979), авиатор и детский писатель, автор книг о природе. https://avidreaders.ru/author/zaborskiy-mihail-aleksandrovich/ https://www.litmir.me/a/?id=16024 ] [Леонид Павлович Сабанеев (1844–1898), зоолог, натуралист, популяризатор охотничьего и рыболовного дела. Автор двухтомника «Рыбы России. Жизнь и ловля (уженье) наших пресноводных рыб» (1875). Состоял в переписке с Ч. Дарвином, дружил с И. С. Тургеневым. https://ru.wikipedia.org/wiki/Сабанеев,_Леонид_Павлович https://www.sabaneev.org/биография/ ] [Проект слов Государственного гимна СССР, отправленный Волковым в ЦК КПСС, 5 сентября 1956 года: [ЛитДок-5 за 1956 – 1958 годы, файлы 14–16] [карандашная пометка Волкова вверху страницы: 5.9.56] В Центральный Комитет КПСС, Отдел Пропаганды и Агитации Члена КПСС, членский билет №00009857, члена Союза Советских Писателей ВОЛКОВА Александра Мелентьевича Дорогие товарищи! В докладе товарища Н.С.Хрущёва XX Съезду КПСС "О культе личности и его последствиях" было сказано о том, что нужно создать новый текст государственного гимна Советского Союза, так как старый текст не отражает роли советского народа и партии. Желая внести свою скромную долю в большую задачу создания нового текста гимна, я много работал над ним в последние месяцы и предлагаю Вашему вниманию следующий текст. Государственный Гимн Советского Союза Отчизна! Ты знала труды и страданья, И бури войны над тобою прошли, Но крепко сковали твои испытанья Могущество русской, советской земли. Припев: В трудной борьбе заслужив себе счастье, Выбрал свой путь наш великий народ: С партией в ногу, с советскою властью В светлый простор коммунизма идёт. Отчизна! Гордись ты своими сынами, Их партией – мудрой народа душой: Подняв незабвенного Ленина знамя, Она его держит победной рукой! Припев. Отчизна! Войне ты готовишь могилу, Превыше всего дело мира любя, Но враг ощутит твою грозную силу, Коль руку посмеет поднять на тебя! Припев. Дорогие товарищи! В надежде, что некоторые мысли или строфы написанного мною гимна могут быть использованы, прошу передать его в Комиссию, которая занимается этим вопросом. С коммунистическим приветом [подпись Волкова] Москва, К-104, Б.Гнездниковский пер.,д.3,кв.1. Тел. Б 9-72-76. 5 сент. 1956 г. ] 10 [сентября 1956 года], понедельник. Предыдущие дни работал (не очень усиленно), кое-что сделал. Написал очерки «Немного физики», «Как измеряют работу и мощность», сделал часть очерка «Колесо и винт». О колесе написал, над винтом еще надо работать. Некоторые куски вышли не плохо, другие суховаты, но не знаю, как их оживить. Вчера перепечатал, вышло около 14 страниц. В субботу мне звонил Яснопольский, спрашивал, как мои планы относительно работы, но я не мог сказать ничего определенного, т.к. не был в Мин-стве. А сегодня я побывал в наградном отделе и узнал, что, повидимому, старому порядку награждения пришел конец: в отделе лежит 5000 представлений, но в Президиуме Верхов. Совета отказываются их принимать. МВО [Министерство высшего образования?] хлопочет о том, чтобы общий порядок сохранился с изменением в сторону бóльшей строгости и как будто с увеличением сроков. П.В. Никитин сказал мне, что, возможно, дело будет так: тем, кто ведет только педаг. работу без научной, довольно «Знака Почёта»; кто, кроме пед. работы ведет еще и научную, получают Орден Тр. Кр. Знамени, а орд. Ленина будет даваться только выдающимся работникам, вроде нашего Бочвара. Понятно, я не являюсь таким выдающимся работником, и мне придется распрощаться с Ин-том, что даст мне свободу для любимой лит. работы. А в общем, буду ждать октября и приезда Глека. 11 сент[ября 1956 года]. Вчера без меня звонили из ЦК. Сегодня я позвонил туда и узнал, что [вычеркнуто слово] мой гимн/ передана в Комиссию, которая работает над текстом нового гимна. 15 сент[ября 1956 года], субб. Работа над «В. и в.» идет туго; хорошо поработал только в четверг, когда написал большую статью «Плотины» и кое-какие части сделал интересно. Звонил Фирсову, договорились, что если Корш не возьмется написать рецензию на перевод «Дун. лоцмана», то я подыщу рецензента сам. Выяснил в УОАП'е, что неожиданные деньги, перечисленные на мой счет в сберкассу, получены из Новосибирска. Значит, там идет «Волшебник Из. города» – это приятно! Вчера получил еще оттуда 360р. и накупил журналов. 21 сент. [1956 года], пятница. С грехом пополам кончил главу о гидростанциях и перепечатал. Получилось около 35 стр. – много! Начал главу об океане – идёт плохо. Был сегодня в Моск. Кук. Театре у Ел. Конст. Бесядовской. Встретили меня очень приветливо, пригласили выступить перед зрителями и на конфер. по обсуждению репертуара, которая состоится 2–5 октября. «Чуд. пилюли» у них сейчас не пойдут, а нужны им для фестиваля фольклорные пьесы, поэтому я снёс им «Тер. и Тентия», а «Чуд. пилюли» просил провести через репертком, а для этого снес второй экземпляр. Е.К. обещала это сделать. Говорила она со мной о тематике: нужны пьесы на тему о политехнизации школы, а также пьеса на научно-фант. тему, которая годилась бы к 40-летию Октября. И, так как у них сильно снижаются цены на билеты, а финанс. план остается без изменений, то артисты разбиты на 4 бригады, и не надо раздувать число действ. лиц. Звонил сегодня в Реперт. отдел Упр. театров Мин. Культ. РСФСР и узнал, что «Т. и Т.» у них, но находится на рецензии. Просили позвонить через несколько дней. Октябрь. 2 [октября 1956 года], вторник. Довольно долго не брался за дневник, запустил. Работа над главой об океане «Великая водная стихия» шла неплохо, и я эту главу почти закончил и перепечатал 30 страниц, да еще будет, вероятно, больше 10. Думаю перепечатку и обработку закончить на этой неделе и сдать рукопись Брусиловской числа 8-го. 29-го, в субботу, у меня была интересная посетительница: я узнал, что ее зовут Екат. Федоровна Шàрова, а больше ничего мне о ней неизвестно. Началось с того, что, когда я провел ее в свою комнату, она попросила закрыть дверь. Эта Шарова (лет ей 55, а м.б. и больше) заявила, что она пришла поговорить со мной о книге «Волш. Изумр. города». – Какую идею вы проводили в этой книге? Я рассказал о том, как я думаю: о том, что каждый из героев добивается того, что у него уже заложено, и развивает эти качества в борьбе; коснулся темы дружбы... – Нет, это всё не то. Тут есть более глубокий смысл... – Какой же? – Да вы, наверно, знаете, только не хотите говорить. Вы помните евангельский текст: «Дева поведет льва, тельца и овна...»? – Нет не помню! – Вот это тут и есть... И тут она понесла чушь о том, что Страшила – это овен, а Ж. Дровосек – телец! Такой разговор могла вести только психопатка, хотя она уверяла меня, что она не религиозна. Приплела какую-то медицинскую книгу, в которой она тоже читала что-то подобное... Когда я кончил разговор на эту тему, она так и осталась в убеждении, что я сознательно переработал эту «мистическую» книгу, но не хочу признаться в этом! В общем, что-то сумбурное, ненормальное... Потом, заявив, что она теперь женщина одинокая, и давно имеет склонность и способности к литературе, она предложила себя в мои личные секретари (бесплатно!) Я отвел от себя такую сомнительную честь, заявил, что мне личный секретарь не нужен, т.к. я работаю в Ин-те и литературой занимаюсь мало; ей от общения со мной не будет пользы, если она хочет продвинуться в литературе... Словом, кое-как отделался и выпроводил эту психопатку, предложив ей обратиться в Московское отд. ССП, к К.А. Федину! [Константин Александрович Федин (1892–1977), руководитель Союза Писателей СССР с 1959 года (в 1955–59 глава московского отделения). В молодости участвовал в знаменитой литературной группе «Серапионовы братья». Номинировался на Нобелевскую премию по литературе, но безуспешно. Пережил Волкова на 12 дней. https://ru.wikipedia.org/wiki/Федин,_Константин_Александрович ] Договорился с Н.С. Белинович, что она даст рецензию на «Дун. лоцмана» и предложил ее кандидатуру Фирсову, он согласился. На-днях надо будет встретиться в издательстве. [Надежда Сергеевна Белинович (1908–1962), писательница, автор популярных детских книг. Занималась литературной обработкой фольклорных произведений, создавала собственные сказки по мотивам фольклорных, писала стихи. Особенно часто обращалась к сказкам народов Севера. Выпустила порядка 30 книг. http://www.fairyroom.ru/?page_id=9341 ] Сегодня был в Московском Театре Кукол, где началась творческая конференция, расчитанная на несколько дней. Но из приглашенных почти никто не пришел: были две учительницы, а из писателей только я. Но я не жалею: познакомился с директором театра Дарьей Капитоновной и гл. режиссером В.А. Громовым, с которым долго беседовал. Перед спектаклем артисты демонстрировали свое уменье, и я в первый раз вблизи увидел, как артисты «водят» кукол, познакомился с техникой этого дела. [Виктор Алексеевич Громов (1899–1975), театральный деятель, режиссёр, мультипликатор. https://ru.wikipedia.org/wiki/Громов,_Виктор_Алексеевич ] Для «Женитьбы» изготовлены большие куклы переднего плана (примерно в 2/3 натур. велич.) – «мимирующие», как их наз. актеры, из резины. Работать с такой куклой приходится двоим: гл. актер, ведущий роль, просовывает в голову куклы свою руку, заставляет куклу улыбаться, открывать глаза и рот и т.д. Помощница просовывает в рукава куклы свои руки и жестикулирует ими. А тигра из «Старика Хоттабыча» вели даже трое. В общем, это не маленькое искусство управлять куклой. Затем был показан спектакль «Ганс-простофиля» по мотивам сказок Андерсена, а оттуда я проехал Институт и прочитал там лекцию по введению в анализ. Какая раздвоённость! Быть может, я скоро положу ей конец. 26 сентября подписался на газеты и журналы. Вышло очень удачно. Я звонил в начале сентября, мне сказали, что подписка будет в начале октября, но я этим не удовлетворился, а позвонил 26го и, оказалось, – попал на первый день подписки. Т.к. мне надо было ехать в Ин-т, то отправилась Муся и оформила подписку почти на 1000 руб. Рано в этом году прошла подписка. [На полях напротив этого абзаца – надпись красным карандашом: Подписка.] 3 [октября 1956 года], среда. Сегодня у меня день большой удачи! Я пошел в банк и зашел в магазин иностр. книги на ул. Герцена – без особенных, впрочем, надежд, т.к. за последнее время Жюль Верн на фр. языке совсем перестал появляться. И вдруг мое появление произвело неожиданный эффект – прод. Екатерина Григорьевна потащила меня наверх – в склад, и я был ослеплен открывшимся передо мной богатством: несколько десятков томов Ж. Верна в великолепной сохранности, сверкающие золотом переплетов и обрезов! Я, конечно, пришел в восхищение, начал пересматривать и еще более восхитился обнаружив доселе недосягаемого «Джонатана», никогда не издававшегося на русском языке. Я заглянул в магазин по пути в кукол. театр, поэтому взял пока 2 тома: «Джонатана» и «Путешествие стипендиатов» и обещал забрать остальное вечером или завтра утром. Но, выйдя из магазина, я быстро изменил намерения: так было велико мое нетерпение забрать эти сокровища. Я пошел домой, по пути взял в сберкассе деньги, дома разобрался в том, какие романы не нужно менять из-за неважной сохранности, и меньше чем через час уже снова был в магазине. Всего я купил сегодня 14 новых романов: кроме «Джонатана» – «Ледяной сфинкс», «Безымянное семейство», «Робур-победитель», «Нашествие моря», «Маяк на краю света» и др. Кроме того – 2 тома «Истории путешествий». 13томов взял на замену. [Роман «Робур-завоеватель» (иной вариант перевода заглавия – «Робур-победитель») упоминается в тексте отрывка из «Тайны заброшенного замка», печатавшегося в 1971 году с подзаголовком «Вторжение клювоносых».] Кроме Ж. Верна купил Мало («Сестренка»), «Тревогу» капитана Данри, «Путеш. юного натуралиста» Люсьена Биара... [Гектор Мало (1830–1907), французский писатель, автор ряда подростковых романов, из которых наибольшую известность заслужила книга «Без семьи» (1878), повествующая о странствиях мальчика Реми. Роман «Сестрёнка» («La Petite Sœur») вышел в 1882 году. https://ru.wikipedia.org/wiki/Мало,_Гектор ] [Капитан Данри (настоящее имя – Эмиль Дриан) (1855–1916), французский писатель и офицер, автор множества романов на тему будущих войн. Считал себя последователем Жюля Верна. Национальный герой Франции. Погиб в битве при Вердене. https://ru.wikipedia.org/wiki/Дриан,_Эмиль https://союзженскихсил.рф/communication/forums/history/dvoynaya-zhizn-drianadanri/ ] [Люсьен Биар (1828–1897), французский писатель, натуралист, путешественник. https://ru.wikipedia.org/wiki/Биар,_Люсьен ] В общем истратил 840 руб., и ничуть не жалею. Впрочем, часть этих денег верну, продав дубликаты. Теперь у меня около 75% всего Ж. Верна – и нет, примерно, 16 томов. (в их числе «Малыш», «Цезарь Каскабель», «Южная Звезда», «Охота за метеором», «Вчера и завтра» и др.) Эта покупка до такой степени меня взбудоражила, что я отправился в Институт без зубов и читал лекцию металлургам прикрывая рот рукой или отворачиваясь к доске – довольно смешно, я думаю, со стороны! Вечером просматривал свою новую покупку и наводил порядок в шкафах. 5 октября [1956 года], пятница, 1740. Сейчас закончил перепечатку главы «Великая водная стихия». Глава получилась огромная – почти 56 стр. машинописного текста, но, по-моему, она вышла интересной. Сегодня звонил Брусиловской – оказывается, она больна. Но, всё равно, обработка рукописи отнимет у меня ещё несколько дней. Вчера был в секции драматургов, взял свои пьесы. Рецензии на них написали – на «Т. и Т.» Херсонский, на «Рыбку-финиту» Виноградов-Мамонт. Рецензии не обнадеживающие – особенно на «Финиту». Не знаю, что с ней делать! Просто какой-то тупик, не найдёшь такой линии, которая могла бы спасти пьесу... Когда перейду в «драматургический» период, буду ещё над ней думать. [Николай Глебович Виноградов-Мамонт (1893–1967), драматург. http://lunacharsky.newgod.su/lib/neizdannye-materialy/o-pese-car-petr-velikij/ ] Вчера же начал читать жюльверновского «Джонатана». Действие развертывается интересно. [Рецензия Н. Г. Виноградова-Мамонта на пьесу Волкова по сказке «Рыбка Финита», 2 июня 1956 года: [ЛитДок-5 за 1956 – 1958 годы, файлы 7–13] [карандашная пометка Волкова вверху страницы: 2.6.56] Александр ВОЛКОВ. "Рыбка Финита". Сказочное представление в 3 д. [трёх действиях] 8 картинах /машинописный экземпляр. 48 стр./ Советский зритель любит сказку. Сказки ставятся на сценах ТЮЗ'ов, детских театров и театров для взрослых. Крупнейшие московские театры – МХАт, им. Вахтангова, им. Моссовета, ЦТЖТранспорта, им. Пушкина играют сказку. В последние годы театры познакомили зрителя со сказками других народов /Индии, Китая, Чехословакии, Польши и т.д./. В журнале "Театр" № 4 за 1956 г. напечатана статья Л. Шпет, в которой подытожен опыт советской "сказочной" драматургии. Жизнь показывает, что театры ищут новую сказку. Поэтому – сказочное представление А. Волкова "Рыбка Финита" заслуживает внимания. В сказке А. Волкова есть несомненные достоинства. Драматург пытаетсясоздать оригинальную сказку, пользуясь самыми различными материалами. То – фольклор русский и украинский /вплоть до"царя Максимилиана"/, то стилизация, близкая к сказкам Лескова, то отголоски купеческого быта, отдаленно напоминающие Замоскворечье Островского, то бытовой анекдот и т.д. и т.д. Драматург развивает действие умело и увлекательно. Персонажи наделены характерными чертами, дающими любопытный материал для актеров. Язык – колоритный, но подражательный. Какая-то помесь фольклорной лексики с манерой раннего Островского /помесь, а не сплав/. Есть и провалы. Явно не в стиле всей сказки куплеты и стихи. Вызывает сомнение и название: "Рыбка Финита": странно звучит латинская "Финита" на фоне "руссизмов", дающих тон всей пьесе. Досадно, что автор перегрузил сказку обилием действующих лиц. В ней – 23 персонажа плюс огромное число "фигурантов" /царские дети, придворные, чиновники, приказчики, турецкие полицейские и т.д./. Такую сказку "поднимут" лишь большие театры /ранга областных театров/. К сожалению, драматург явно не довел своей работы до конца: сказка не дописана. Это не та сознательная "недомолвка", которой авторы иногда пользуются как художественным приемом, нет. Сказка "Рыбка финита" механически оборвана. Нет завершения событий, нет финала. И как результат такого механического обрыва – нет ясной идеи, одухотворяющей "сказочное представление". Мало того, "Рыбка финита" в настоящем виде – дает повод считать основную идею сказки – неверной, даже порочной. Напомню содержание сказки /в центральной линии, без боковых линий и орнаментов/. Картина первая. Трактир на Зарядье. Купец Дыдин съел рыбку финиту. "Финита" его так взбодрила! Видать, она у человека все нутро наружу выводит, все его тайные думы и чаяния!" Эту рыбу привез в Москву хитрый и ловкий контрабандист кавказец Абдул. Дыдин, раззадорившись, решает ехать в Туречтчину, где ловится чудесная рыба. Но "кто финиту от его султанского величества утаит", рубить башку полагается." Дыдин и Абдул меняются крестами и уезжают в Туречтчину. Картина вторая. В Туречтчине у контрабандистов. Честолюбивый Дыдин мечтает поймать финиту и угостить царя – "и за собой хочу купеческое сословие на первое место в государстве вывести". Поймав финиту, – после схватки с турецкой полицией, – Дыдин возвращается на родину. Картина третья. В хоромах Дыдина. Дыдин подкупает царского повара Ерофея, "угостить царя финитой". Картина четвертая. Царь и царица пробуют финиту. Царь посылает письмо Дыдину: "изволим быть у тебя... в гостях". Картина пятая. Царь у Дыдина. Жалует купца "главным придворным провианткухмистером". "Но, упившись и обожравшись, царь не слушает "идей" Дыдина о купеческом сословии и уходить спать". Картина шестая. Царь шлет именные указы: "Немедленно выдать три бочки финиты" и т.д. Дыдин убедился в бессмысленности своих надежд на царя. Зовет нищую братию "на последний пир". Нищие пируют. Но генерал фитьмаршал Потатуев штурмует хоромы Дыдина, заковывает купца в кандалы. Царские указы: отрубить ему на лобном месте руки, ноги и голову". Но является названный брат Абдул. "Неужто ты думал, что русский царь лучше турецкого султана". Абдул обещает выручить Дыдина. Картина седьмая. В царском аудиенцзале – турецкие послы во главе с Абдулом. Султан турецкий якобы требует выдать Дыдина для казни. Царь за 40 бочек финиты соглашается. Картина восьмая. Абдул освобождает Дыдина из рук тюремщиков. Дыдин: "А теперь прости-прощай навек, родимая сторонушка!" /доносится звонкий топот копыт/. Возникает вопрос: во имя чего написана эта сказка? С кем борется Дыдин? С царским произволом? За что? Чтобы купеческое сословие высоко поднять? Куда бежит Дыдин с родимой сторонушки? Зачем? Во имя чего? Автор ответа не дает. Не отсюда ли странная для советского "сказочника" расстановка социальных сил. Кто герой? Купец. Кто выручает его в трудную минуту? Контрабандист. Герой покидает родину. Зачем? Почему? Во имя чего? Не могу думать, что советский драматург стремился к "апологии купечества"! Но нельзя же забывать, что сказка всегда демократична, что герой сказки – сын народа. Он, воплощающий лучшие черты народа, народные думы и чаяния, побеждает любые препятствия – находчиво, остроумно, ставя впросак "все злые силы." Оттого то сказка всегда полна мудрости и неиссякаемого оптимизма, неугасимой веры в торжество народной правды. Конечно, сказка не нуждается в аллегории, в схоластическом поучении. Но – прав Пушкин: "Сказка ложь, да в ней намек: Добрым молодцам урок"! В чем же этот "поэтический урок" "Рыбки финиты"? Пока – в данном варианте – такого "урока" нет. Возможно, что автор не дописал сказки, не раскрыл истинной природы своих образов, не объяснил нам хитроумного замысла Абдула, не дал последнего, финального действия, в котором бы все предыдущие происшествия приняли неожиданный поворот и неожиданно новый смысл. Финал пьесы – важнейший элемент композиции. Финал должен закономерно вытекать из логики действия. Но быть неожиданным по форме. Этот закон вдвойне важен для сказки на театре. Неожиданный, остроумный финал, освещающий по новому все события пьесы, раскроет и социальную направленность и моральный смысл, мудрость сказки [первоначально было: «в сказке»]. По непонятным причинам А. Волков не завершил своей работы. Поэтому сказочное представление "Рыбка финита" /несмотря на некоторые достоинства/ не может считаться законченным произведением. В представленном варианте она едва ли заинтересует театры. Мало того: неясная, как бы "искривленная" идея сказки отпугнет театры от "Рыбки финиты". Следует посоветовать автору дать новую редакцию пьесы. Н. ВИНОГРАДОВ-МАМОНТ [подпись] 2 июня 1956 г. ] 6 октября [1956 года], суббота. Сегодня ездил в Институт и подал заявление Т.П. Глеку об увольнении с работы и о переходе (временно) на почасовую оплату. Он не возражал и сказал, что если будет возможность представления меня к орд. Ленина, то он это сделает. Сказал также, что меня попрежнему будут считать членом коллектива. На будущей неделе получу все нужные справки и стану хлопотать о пенсии. 7 октября [1956 года], воскр. 730 утра. Сегодня исполнилось десять лет с того ужасного дня, когда не стало моей ненаглядной Галюсеньки... Десять лет... Тяжелые думы, горестные и вместе с тем сладкие воспоминания о годах прошедшего счастья... [Абзац отчёркнут на полях двойной карандашной чертой.] 1320. Вернулись с Ваганьковского кладбища... 10 [октября 1956 года]. Был в отделе кадров, получил справку об освобождении от работы – но это все-таки пока ещё не освобождение, т.к. Милованов сказал мне вечером на партсобрании, что он подписал приказ о зачислении меня на почасовую работу. Возможно, придется дотягивать семестр, а м.б. Яснопольский и раньше найдет мне замену.

Чарли Блек: 11 [октября 1956 года], пятница четверг. Позавчера я отдал в «М. Р.» экземпляр моего перевода «Дун. лоцмана» и оригинал, которым все восхищался Фирсов, хотя он далеко не в хорошей сохранности. С Белинович я не встретился, т.к. она опоздала к назначенному сроку. Оказыв., она потом была. Я сегодня звонил Фирсову, и он мне передал, что Белин. ему уже звонила и сказала, что перевод ей очень нравится, что он хорошо передает дух подлинника, но у нее есть ряд замечаний. Посмотрим... Сегодня опять истратил очень много денег на книги: купил «Ниву» за 1902 и 1905г., больше чем на 120р. книг в Лавке Писателей и отложил полное собр. сочинений Станюковича за 500р. В этом месяце я, пожалуй, израсходовал на книги до 3000 рублей... [«Нива» – самый популярный журнал дореволюционной России; издавался в 1869–1918 гг. В качестве приложения к журналу с 1891 года выходили книги русских и зарубежных авторов, в основном классиков. https://ru.wikipedia.org/wiki/Нива_(журнал) ] Сегодня же я обнаружил, читая купленную «Ниву», что я неверно изложил историю Дедала и Икара, а просматривая «Робура-победителя» увидел ошибки в статье «Легче или тяжелее воздуха?» Вот уже конкретная польза от покупок. [Абзац отчёркнут на полях карандашной чертой.] Кстати скажу, что «Нива» за многие годы дает подробнейшую летопись (хотя и не беспристрастную!) русской жизни за многие годы. Ценное пособие для историка. 18 [октября 1956 года], пятница четверг. Не брался за дневник целую неделю. Писал, заканчивая «Воду и воздух». Звонила мне Брусил., просила написать аннотацию (что я сделал) и, между прочим, сказала, что ей это заглавие не нравится – скучное! Глава «Жидкий воздух» получилась очень большая, и по-моему, хорошая. Раздобыл в «Лен. б-ке» Беляева «Продавец воздуха» и вчера законспектировал. Хорошая вещь, а, повидимому, не выходила в отд. издании. Сделаю главку на этот сюжет, понятно, с полным сохранением авторства Беляева. Сегодня займусь перепечаткой написанного – у меня конец всё отодвигается... Закончил за эти дни прочтение «Потерпевших крушение на «Джонатане» Ж. Верна и написал вчерне заявку на перевод этой вещи в «М. Рабочий», получилось несколько страниц. Выдвинул интересную гипотезу, что прототипом Кау-Джера является Кропоткин, с которым Ж. Верн мог свести даже личное знакомство через Э. Реклю [«Э. Реклю» подчёркнуто карандашом] (интересно бы сравнить политич. высказывания Кропоткина и Кау-Джера – по роману!) Есть портретное сходство между Кропоткиным и Кау-Джером, изображенным Жоржем Ру. [«Жоржем Ру.» подчёркнуто карандашом.] [Начало абзаца (три рукописные строки от слова «Выдвинул» до слова «сравнить») отчёркнуто на полях карандашом.] [«Кораблекрушение Джонатана» («Les Naufragés du Jonathan», 1909) – приключенческий роман, вышедший под именем Жюля Верна после его смерти. Роман является значительной переработкой рукописи Жюля Верна «В Магеллании», выполненной сыном писателя, Мишелем Верном. Оригинальная рукопись «В Магеллании», написанная Ж. Верном в 1897–1898 гг., впервые была издана только в 1987 году. Примечательно, что первая же глава «Кораблекрушения Джонатана» носит название «Гуанако», способное вызвать ассоциации с именем «Гуамоко» из сказок Волкова; в этой главе фигурируют также охота с помощью лассо и персонаж Кау-Джер. Некоторое сходство по части анархистских взглядов можно усмотреть у Кау-Джера не только с Кропоткиным, но и с Кау-Руком, хотя последнее, возможно, натяжка. Википедия называет прототипом Кау-Джера австрийского эрцгерцога Иоганна Сальватора, отказавшегося от титулов и ушедшего в безвозвратное плаванье. https://fantlab.ru/work170246 https://fantlab.ru/work7245 https://ru.wikipedia.org/wiki/Кораблекрушение_«Джонатана» http://www.lib.ru/INOFANT/VERN/jonatahn.txt https://fr.wikisource.org/wiki/Les_Naufragés_du_Jonathan/Première_partie/Chapitre_I ] [Пётр Алексеевич Кропоткин (1842–1921), революционер, философ, исследователь природы, основоположник идейного течения анархизма и анархо-коммунизма. Один из самых влиятельных и уважаемых деятелей российского революционного движения в конце XIX – начале XX века; память о Кропоткине до сих пор увековечена во множестве топонимов и монументов. https://ru.wikipedia.org/wiki/Кропоткин,_Пётр_Алексеевич ] [Элизе Реклю (1830–1905), французский путешественник, географ, историк. Автор монументального 19-томного труда «Земля и люди» (1873–1893), претендовавшего на полное географическое описание земного шара. Анархист. https://ru.wikipedia.org/wiki/Реклю,_Элизе ] [Жорж Ру (1853–1929), французский художник-иллюстратор. Получил известность как иллюстратор произведений Жюля Верна, к 22 книгам которого сделал около 1200 рисунков. Иллюстрировал также «Остров сокровищ» Р. Л. Стивенсона, сочинения А. Доде и др. https://ru.wikipedia.org/wiki/Ру,_Жорж_(иллюстратор) ] Прошла еще неделя занятий в Ин-те и вчера было заседание кафедры математики, а я удаляюсь от математики со скоростью, во много раз превышающей скорость света. Вчера у меня на языке вертелась фраза о том, что я от математики дальше, чем Сириус от Земли. Ездил вчера в Собес, но там большая очередь, не стал стоять; а, оказывается, мне вчера оттуда звонили – не о книжке ли пенсионной? 19 [октября 1956 года], пятница. Работал в Лен. б-ке. Нашел в «Вокр. Света» (моск.) за 1927 года перевод ж-верн. рассказа «В 2889 году», сделанный А. Беляевым. Перевод сокращенный, указано, что он сделан на русск. язык впервые. Был в Собесе, там мало сделал – очередь. Вечером звонила Н. Белинович, очень расхвалила мой перевод «Д.л.» [«Дунайского лоцмана»], назвала его большой удачей моей, сказала, что я уловил дух романа, избежал многих трудностей, к-ые грозят здесь переводчику и т.д. и т.п. Есть у нее лишь незначит. замечания, напр. о разделении длинных периодов [предложений] на отд. фразы. Самый роман ей тоже очень нравится, он очень актуален, и она нашла в нём неожиданную сторону: как могут обвинить невинного и поставила это в связь с событиями недавнего прошлого! В общем предрекает роману большой успех у читателя. Обещает дать рецензию к четвергу, 25 окт. 22 [октября 1956 года], понед. 1300 Сейчас закончил писать заключение «Поговорим о будущем». Но еще остаётся несколько больших вставок сделать и общую правку. Вчера кончил перепечатывать большую главу «В мире холода». Я думал, на нее нехватит материала, а она разрослась на 37 стр. На этой неделе обязательно надо разделаться с «Водой и в-хом»... 26 [октября 1956 года], пятница. Звонил Брусиловской, обещал сдать книгу в понедельник. Придумал новое заглавие: «Экспедиция по двум океанам»... Встретился с Н. Белинович в «М. Раб.». Она принесла хвалебную рецензию и еще очень расхваливала роман и перевод на словах. Фирсов просил зайти завтра заключать договор: вот результаты мимолётного летнего разговора с Миримским, когда я пожаловался ему, что мои переводы Ж. Верна нигде не берут, а он посоветовал обратиться в «М.Р.» и изд-во «Трудовые резервы». [Верхняя часть абзаца отчёркнута на полях карандашной чертой.] Фирсов очень торопит с полным переводом «Барсака», чтобы сдать рукопись в производство. Придётся отложить все дела и срочно засесть за Ж. Верна. Думаю, что недели в две сделаю. А уж потом примусь за очерки. Вечером был на собрании, посвящённом 15-летию со дня смерти А. П. Гайдара в Доме Детской Книги. Был прочитан довольно шаблонный доклад, затем выступали Р.И. Фраерман (он очень сдал, еле ходит...), Борис Емельянов по обыкновению с большой запальчивостью, и сын Гайдара Тимур (капитан, кажется, моряк, но, б.м. [быть может], я ошибаюсь). Тимур Г. говорил умно и красиво; в нем есть что-то общее с отцом, но он гораздо мельче; как и отец, курит трубку. [Рувим Исаевич Фраерман (1891–1972), детский писатель и журналист. В годы Гражданской войны сражался на Дальнем Востоке. Из всех работ Фраермана наибольшую известность приобрела «Дикая собака Динго, или Повесть о первой любви» (1939). https://ru.wikipedia.org/wiki/Фраерман,_Рувим_Исаевич ] [Борис Александрович Емельянов (1903–1965), детский писатель, в т.ч. автор рассказов о жизни и творчестве Аркадия Гайдара. https://ru.wikipedia.org/wiki/Емельянов,_Борис_Александрович ] [Тимур Аркадьевич Гайдар (1926–1999), моряк и журналист, контр-адмирал. Сын писателя Аркадия Гайдара, зять писателя Павла Бажова, известного своими уральскими сказами, отец экономиста и политика Егора Гайдара, оставившего по себе в народе недобрую память. Тимуром, по имени сына, Аркадий Гайдар назвал одного из самых известных своих персонажей после того, как редакторы забраковали первоначальный вариант имени – Володя Дункан. https://ru.wikipedia.org/wiki/Гайдар,_Тимур_Аркадьевич ] Я сидел рядом с Пискуновым, Компанейцем и Камиром. Немного поговорили о детгизовских делах. Я пожаловался на задержку с «Землей и небом» и выразил мнение, что книга в этом году не выйдет. – У нас до Нового Года почти половина плана должна выйти, – сказал Пискунов. – Аврал? – Нет, просто напряженная работа. 27 [октября 1956 года], суббота. Весь день работал над приведением в порядок 3 экземпляров рукописи «Экспед. по двум океанам». Всё же успел кончить к 10 вечера с перерывом в обед. Был в «М.Р.», Фирсов написал предвар. условие по Ж. Верну (1000р. за лист перевода и 3000р. за лист послесловия, хотя указал, что их изд-во считается областным и делает скидку с этого гонорара в 25%, но он постарается отстоять эти цифры). Когда мы пошли к директору Еселеву, там оказался ст. ред. этой редакции Г.Е. Коренев, который по болезни уже месяца 3 не вмешивается в дела редакции, но который стоит за печатание готовых вещей из других изд-в (вроде «Т. о-ва» [«Таинственного острова»], который они недавно выпустили). Боясь, чтоб Коренев не вмешался и не напортил, Ф. к директору не пошел. Он просил меня поскорее сделать «Барсака», чтобы сдать книгу в производство, пока Кор. будет в санатории. Придется работать, чтоб кости хрустели... [Последняя фраза отчёркнута на полях карандашом.] Договорился с машинистками «М.Р.», чтоб они перепечатывали рукопись «Барсака». Фирсов обещал постараться, чтоб был выпущен тираж в 150 тыс. (основной 100 тыс.) 28 [октября 1956 года], воскресенье. Усердно работал весь день, перевел первую главу «Барсака», вернее «доперевёл», но, пожалуй, нового текста раза в полтора больше старого. Сделано много – 25 стр. французского текста, но, жалея русские экземпляры, я принял слишком сложную систему обозначений, в которой машинистки, пожалуй, не разберутся. Завтра начну делать вырезки и думаю, что дело пойдет быстрее. Но работка предстоит адова, я оказывается сокращал старика на совесть! Работал с большим увлечением, люблю я переводить! 31 [октября 1956 года], среда. Напряженно работал в [вычеркнуто слово] предыдущие дни. В воскресенье, понедельник и вторник перевел по целой главе, не взирая на занятия в Институте; работал и до занятий и после, возвращаясь домой. Вчера получилась целая комедия: не успел подготовиться к лекции II курсу и наспех переписывал теорему, а потом вырвал два листка из учебника, чтобы прямо оттуда диктовать правила. Задачу решал прямо на дороге, в метро. Но все прошло нормально. Зато в мире творятся серьезные и жуткие дела. Вечером, из «Посл. известий» узнал о нападении Израиля на Египет, и об ультиматуме Англии и Франции Израилю и Египту. В этом ультиматуме западные империалисты дошли до неслыханной наглости! Египет и Саудовская Аравия отвечают всеобщей мобилизацией... Что-то будет дальше? А тут еще и в Венгрии заваруха, подстроенная американскими шпионами, но, видимо, нашедшая широкий отклик в народе, т.к. восстание до сих пор не подавлено. Очевидно, венг. прав-ство наделало много ошибок. Объявлено о создании «прав-ства демократич. партий», куда войдет представитель социал-демократов. Оче Это уступка и шаг назад. Тревожно в мире. Но всё же сяду переводить четвертую главу «Барсака». [О венгерском восстании можно прочесть здесь: https://ru.wikipedia.org/wiki/Венгерское_восстание_(1956) ] Ноябрь. 1 [ноября 1956 года], четверг. Эти негодяи, англо-французские правители, отдали приказ о бомбардировках Египта! Вчера бомбардировали Каир... Опять свистят бомбы, рушатся здания, льется кровь... Но империалистические бандиты, кажется, чересчур уж зарвались и пока остаются в отнюдь не блестящем одиночестве. Даже США не решаются открыто их поддерживать. Объявлено о созыве Чрезвыч. сессии Генер. Ассамблеи ООН. Обществ. мнение мира так возмущено англо-франц. авантюрой, что вряд ли кто решится поддержать их на Ассамблее. Остервенели, мерзавцы, когда у них вырвали лакомый кусок из пасти – Суэцкий канал! А сирийцы обещали уничтожить нефтяные сооружения западных концессионеров на своей территории – молодцы! Вчера сдал рукопись «Экспедиция по/ двухм океановам». Вышло не менее 10 листов. 2 [ноября 1956 года], пятница. Я живу странной жизнью среди двух миров. В большом мире происходят большие и трагические события – бомбардировки, разрывы дипломатических отношений, ультиматумы... И вот, оторвавшись от прослушивания «Последних известий», передающихся сейчас по много раз в день, я погружаюсь в маленький мирок экспедиции Барсака, медленно продвигающейся по африканским дебрям, я живу мельчайшими событиями этого микрокосма, смеюсь над чудачествами Сен-Берена, над перепалками Барсака и Бодрьера... Перевод идёт быстро. Вчера я уже перевалил за первую сотню страниц. 5 [ноября 1956 года], понедельник. 820 вечера. Неужели третья мировая война? Сейчас, оторвавшись от работы (от перевода) я прослушал по радио обращения Булганина [номинального главы Советского правительства] к Эйзенхауэру [президенту США] и Шепилова [министра иностранных дел СССР] в Совет Безопасности [ООН]. Наше правительство предлагает, чтобы США и мы военными мерами обуздали агрессоров и послали флоты, авиацию и войска на помощь Египту. Или это хорошо обдуманный шаг к тому, чтобы столкнуть английское правительство, которое и так уже колеблется. Может быть под влиянием такой страшной угрозы английский парламент свергнет этого негодяя Идена [премьер-министра Великобритании] – марионетку миллиардеров, и агрессия закончится бесславным отступлением. Хочется думать, что это будет так. Наше выступление обусловлено выступлением США, а ведь они не пойдут на войну со своими любимыми союзничками, которых еще недавно сами же и подуськивали на такие дела... Что-то будет дальше? Какое опять тяжелое, тревожное время. А тут еще события в Венгрии, подстроенные американцами и приуроченные к нападению на Египет. Все было разыграно, как по нотам. Понятно, мы не могли отдать Венгрию западному блоку, и теперь эта троица – США, Англия и Франция будут грызть нас в ООН и настраивать против нас мировое общественное мнение... 6 ноября [1956 года], 845 утра. Переданы по радио обращения Булганина к Идену и Ги Молле [главе правительства Франции]. Страшная угроза ракетным оружием, если они не прекратят разбойничью войну! Было опубликовано и послание к этому запечному таракану, Бен-Гуриону, президенту Израиля. С Израилем разорваны дипломатич. отношения – очень хорошо. Агрессия в Египте продолжается. 7 ноября [1956 года], 11 вечера. Большие события! Повидимому, военные действия в Египте прекращены. Сообщение об этом по радио, плохо услышанное, было в шестом часу вечера. Сейчас оно подтвердилось в «Последних известиях». Иден заявил об этом в палате общин, а во Франции некий деятель, фамилию которого я не запомнил, как будто новый председатель правительства. Видимо, этот «социалист» Ги Молле слетел! [На самом деле, Ги Молле был вынужден уйти в отставку несколько позже, в середине 1957 года.] Но, как сообщается Англия и Франция, повидимому не хотят оставлять позиций, захваченных в зоне Суэцкого канала. Думаю, что все таки их заставят это сделать. [Предсказание Волкова вскоре осуществилось.] Но во всяком случае налеты «союзной» авиации прекратились – сколько они там причинили зла! Завтрашние сообщения внесут ясность в вопрос. Да – еще одно: Египет порвал диплом. отнош. с Австралией и конфисковал ее вложения. Молодец Насер – хорошо отплатил за подлую деятельность Австралии в ООН! [Описываемые Волковым египетские события известны как Суэцкий кризис. Вторжение войск Израиля, Великобритании и Франции в Египет началось после проведённой президентом Египта Г. А. Насером национализации судоходного Суэцкого канала. Под давлением СССР, США и ООН военные действия были вскоре прекращены, что было воспринято в мире как поражение агрессоров и успех правительства Насера. https://ru.wikipedia.org/wiki/Суэцкий_кризис ] Вчера и сегодня работал над «Барсаком». Сегодня закончил перевод 1ой части – всего потратил 11дней. Вечером ходили с ребятишками на фильм «Илья Муромец» – широкоэкранный. У Кали, Саши и Жени [внуки Волкова] – масса впечатлений. Потом смотрели салют и иллюминацию. У них получил[ся] большой праздник, масса впечатлений. 9 ноября [1956 года], 2300. Насчет Ги Молле я ошибся: веревка его еще ждет, но он попрежнему премьер. Речь, оказывается, шла о представителе франц. правительства. В общем, большая война прекратилась, но огонь еще не потух. Все таки настроение стало спокойнее. Все эти дни я много работал; 7-го перевел 15 страниц (моего текста), а вчера и сегодня по 20; это очень большая производительность. Расчитывал я здорово поработать завтра и послезавтра, а тут, как на грех, сегодня позвонили из Детгиза, что готовы гранки «Земли и неба»: придется оторваться. Да еще вчера говорил по телефону с Архангельским, уезжающим на рыбалку в Шилово; он торопит с очерком для сборника, издаваемого «Сов. писателем». Его надо сделать во второй половине ноября. Вот – хоть разорвись! 11 ноября [1956 года]. Поработал я эти дни! 9-го перевел (написал) 20 страниц, вчера 15 (вечером был Шманкевич, завез часть долга), сегодня – рекорд, 21 страница! Встал в 4ч. утра, до 9ч. сделал 10 страниц. Потом завтракал, спал. Около 13ч. снова сел – 5 страниц. От 4 до 6 веч. опять спал, и вечером еще 6 страниц. Да еще в промежутках между переводом прочитал вчера и сегодня гранки «Земли и неба». По подсчету выходит 7 листов. Думаю завтра и послезавтра закончить «Барсака» 13 ноября [1956 года], 1040. Намерение выполнено, несмотря на усталость, головную боль и прочие приятные вещи. Перевод «Барсака» закончил. Осталось откорректировать и выправить перепечатанный на машинке текст. 18 ноября [1956 года], вечер. Все предыдущие дни работал над правкой «Барсака» и перенесением ее во второй и третий экземпляры; была очень напряженная работа. Сегодня утром закончил оформление рукописей: первую и вторую части сшил отдельно, иначе получился бы слишком толстый том. Третьего дня получил от Анатолия [брата] рукопись «Дунайского лоцмана». Сегодня после окончания работы над «Барсаком» взял «Д. л.», чтобы освежить содержание, и с первой же страницы рука потянулась за карандашом. Дальше, больше... И получилась такая серьезная правка, что перед ней замечания Белинович, и ее пометки – нуль, ничто! Нашел много неуклюжих оборотов, длинных запутанных предложений и – особенно много лишних вводных слов и местоимений, на которые столь щедр Жюль Верн, и которые составляют особенность французского языка, но у нас они нейдут. Приходится здорово чистить старика... Видимо, и с «Барсаком» тоже еще придется поработать. Сейчас прошел немного меньше половины «Д.Л.», но посижу еще. Надо завтра кончить. 19 ноября [1956 года], вечер. Сегодня после полугодовой волокиты у нас наконец отопление переведено на газ. Конец угольной пыли и грязи и всяким хлопотам с выпрашиванием талонов на уголь и дрова! Сейчас я сижу в одной рубашке и благодушествую – очень тепло. Сегодня кончил правку «Дунайского Лоцмана». 20 ноября [1956 года], 1100. Какая благодать! Теплынь замечательная. Форточка открыта, я в рубашке с расстегнутым воротником, сижу и благодушествую... Был у Фирсова, взял 1ый экз. «Дун. Лоцмана» для перенесения правки. Договорился о помещении в однотомнике «Дня журналиста» и «о переводе «Обезьяньего генерала». Хочется немного разделать американцев и англичан устами Ж. Верна за их подлые дела в Венгрии и Египте. 23 ноября [1956 года], пятница. Надо писать рассказ для Архангельского, и никак не могу собраться с духом – мешает замышленная поездка на рыбалку! Третьего дня вечером и вчера почти весь день ремонтировал удочки и собирал все необходимое. Вчера принесли мне пенсию – 2400р. за два месяца, это приятно. Кажется, я буду получать пенсию 22го числа. Сегодня опять не мог взяться за рассказ, но зато перевел «Обезьяньего генерала». Это у меня идет хорошо. 29 ноября [1956 года], четверг. Прошлую субботу и воскресенье провели на рыбалке, что описано в рыболовном дневнике. В понедельник отлеживался от утомления и провел занятия в Институте, и лишь во вторник взялся, наконец, за очерк «По Иртышскому водохранилищу на «Чайке». Написал его в три дня – вторник, среду и четверг; сегодня закончил, вышло, по-моему, около листа с четвертью. В ночь на среду проснулся в половине второго, и вместо того, чтобы лежать без сна три-четыре часа, встал и писал до половины шестого. Работоспособность хорошая, никто не мешает, сделал много, а потом лег и спал до половины десятого. Завтра отдам рассказ в машинное бюро «М.Р.» Я решил теперь не печатать сам – уж очень непродуктивная работа. Экономя время, я много смогу написать. Кстати – я давал очерк прочитать Виве, он сделал несколько дельных замечаний. Звонила Брусиловская, готов макет «Земли и неба», завтра утром приглашают в изд-во поработать над ним. 30 ноября [1956 года]. Утром больше двух часов работал в Детгизе с Г.С. Вебер и техническим редактором Ниной Литинской над макетом «Земли и неба». Очень красивая получается книга! Рисунки очень хороши, и Вебер только боится, чтобы их не испортили при печатании. Оказывается, книга так долго задерживалась именно из-за сложности иллюстраций; некоторые из них печатаются в 5, 6 и 7 красок! – У нас такой книги еще не было! – сказала Вебер. Возможно, что книга будет напечатана в декабре, т.к. издательство очень теперь с ней торопится.

Чарли Блек: Декабрь 1–2 [декабря 1956 года]. Усиленно работал над правкой «Барсака» в своем экземпляром и перенесением ее в два экземпляра для издательства. Работа большая, т.к. правка получилась очень основательная. Обнаружил, между прочим, ряд опечаток, искажающих смысл, которые почему-то пропустил при первом чтении. Вычистил много шелухи, повторов и исправил много корявых выражений. Заболел язык у корня, говорю с трудом. 3 [декабря 1956 года], понедельник. Не пошел в Институт заниматься, из-за болезни языка. Много раз примачивал его глицерином, что смягчает боль. «По Иртышскому водохранилищу» мне перепечатали еще в субботу, вышло 37 страниц, чего я не ожидал. Я рассказ слегка выправил и вместе с рассказом Анатолия «Охотничий билет» отправил вечером с Вивой к Херсонскому. Архангельский так и не ответил на мою открытку – или он ее не получил, или все еще болеет. Хотел свезти Фирсову материалы для однотомника Ж. Верна, но он был на совещании, и я к нему не дозвонился, отложил до завтра. 4 [декабря 1956 года], вторник. С утра сел за «Послесловие» к однотомнику. В Институт сегодня не поеду, хотя с языком стало получше, я его примачивал глицерином несколько раз ночью. Боюсь напортить, и потому от занятий воздержусь. 6 [декабря 1956 года], четверг. С однотомником Жюля Верна покончено! Вчера и позавчера написал послесловие, вчера начал его перепечатывать, сегодня закончил. Завтра сдам. Язык перестал болеть – вылечил глицерином и воздержанием от разговоров. 7 [декабря 1956 года], пятница. Прокорректировал и оформил два экземпляра «Клуба шутников». 8 [декабря 1956 года], суббота. Начал перерабатывать «Воздушное золото». Вечером ездили с Мусей в Дом Кино, слушали выступления сатириков и просмотрели целых три картины: «Баллада о столе» – мультиплик. по сценарию А. Безыменского; польскую сатирическую комедию «Карьера Никодима Дызмы» (не озвученную, с параллельным чтением текста, что не очень-то удобно) и немецкую семейно-сентимент. комедию (озвученную) «Антон и Кнопка», где роль Кнопки замечательно играла очень милая девочка. Конец счастливый и нравоучительный – раскаяние легкомысленной мамы. [Александр Ильич Безыменский (1898–1973), поэт, военный корреспондент, сценарист, участник Великой Октябрьской социалистической революции. Автор слов неофициального гимна советского комсомола и русского текста песни «Всё хорошо, прекрасная маркиза». По одной из версий, Безыменский был прототипом Ивана Бездомного из «Мастера и Маргариты» Булгакова. https://ru.wikipedia.org/wiki/Безыменский,_Александр_Ильич ] 9 [декабря 1956 года], вечер. Закончил переработку «Воздушного золота». 16 [декабря 1956 года], воскресенье. Неделя прошла почти попусту. Только отдал в перепечатку «В. золото», получил и оформил. Побывал в Лен. б-ке, сделал выписки из «Знамени Коммунизма» для очерка «Шестьдесят лет». Был в изд-ве «М. Рабочий», подписал договор на Ж. Верна. Фирсов свое обещание не выполнил: гонорар будет с вычетом 25%, т.к. у них новый главбух, который действует точно по инструкции. Рассказы они помещать не хотят, что очень печально. Попробую отдать «Обезьяний генерал» для «Мира приключений». Сегодня у меня был Кыштымов с товарищем – они принесли рисунки (пробные) для «В.И.г.» – они мне не очень нравятся. Пойду с рукописью и рисунками в Детгиз, а если там ничего не выйдет, то в «М. Гвардию». Я ничего не делал из-за того, что Вива уехал в командировку, и мне приходилось отвозить ребят в детсад и ездить за ними, а на это надо массу времени – и еще очень некстати в пятницу Муся болела, и мне пришлось возиться с ребятами. 21 [декабря 1956 года], пятница. Вчера Вива вернулся из командировки, а сегодня я принялся за рассказ «Шестьдесят лет». Написал несколько страниц. Звонил Фирсов, просил принести оригиналы Ж. Верна. Я их отнес, познакомился с Г.Е. Кореневым и художеств. редактором, договорился о том, что я сделаю карты для «Дун. лоцмана» и «Барсака». Брусиловская звонила и просила зайти, взять верстку, чтобы срочно прочитать к понедельнику. Завтра утром побываю в Детгизе. 22 [декабря 1956 года], суббота. Взял в Детгизе вёрстку и просмотрел, потратив на это почти весь день. Внес незначительные исправления. 23 [декабря 1956 года], воскресенье. Был в Кремле, в квартире Ленина с экскурсией из Клуба Литераторов. Впечатление очень большое – получил ясное представление о том, как жил и работал Ильич. А сколько у него было книг, и как он их любил! После этого побывал в Успенском, Благовещенском и Архангельском соборах. Масса народа, т.к. по Кремлю ходит очень много экскурсантов. Остальной день не работал. Забыл записать, что вчера разговаривал с Грибановым о «Волшебнике Из. города». Его отношение к таким переработкам (включая и «Золотой ключик» Ал. Толстого) – резко отрицательное. Он намерен напечатать «Мудреца из страны Оз», также как и «Пиноккио», послужившего основой «Золотого ключика». 24 декабря [1956 года], 20 часов. Сегодня с 1700 до 1825 прочитал последнюю лекцию! Известие о моем уходе 1-ый курс металлургов/ встретил недовольным гуденьем (как и 1-ый курс эконом. ф-та), а потом они проводили меня дружными аплодисментами (как и встретили после моей болезни). Это последние аплодисменты студентов. Что ж... Всё на свете проходит... Прошла и моя педагогическая деятельность, продолжавшаяся сорок шесть с половиной лет. Теперь осталось еще провести сессию, и всё! Последний экзамен будет 23го января 1957 года, через месяц. Был сегодня в Детгизе вместе с Арсеньевым, по его замечаниям внесли еще несколько последних исправлений в текст книги. Арсеньев сказал, что некоторые из сотрудников Н-Иссл. Ин-та, где он работает, читали «Землю и Небо» в верстке, и нашли, что книга очень хорошо написана. Приятно! Сегодня в газетах опубликовано сообщение о том, что англо-французские захватчики оставили Порт-Саид. Убрались, мерзавцы!.. А сколько зла они наделали, гады, за время боев и оккупации. Но возмездие уже наступает. З. Европа уже испытывает большие экономические затруднения – жаль только, что они ложатся большей своей частью на бедноту. Но какой позор для матерых империалистических хищников, которым, впервые во всемирной истории, пришлось убираться битыми, поджав хвосты, из страны, которая слабее их в военном отношении в десятки раз! Отошли времена колониализма, и этого урока народы Африки и Азии не забудут... 26 [декабря 1956 года], среда. Вчера с большой неохотой просидел на заседании кафедры три часа – так чуждо и безразлично мне теперь все, что там обсуждается... Да еще Яснопольский заорал очень грубо на Нину Серг., которая подошла ко мне поговорить по делу – удивительно бестактный субъект и страшно много о себе возомнил. Как хорошо, что мне не придется работать под его началом. Никак не могу приняться за «Шестьдесят лет», как-то без охоты я над этим очерком работаю. Вчера наткнулся в «Л. прил. к Ниве» [Литературном приложении к журналу «Нива»] за 1897г., в №1 (стр. 214) на интересный сюжет для приключенческого рассказа: судно, покинутое экипажем потому, что из старых [неразборчиво, м.б. «костей»], составляющих груз судна, выползают мириады скорпионов и прочей дряни, которые вывелись там от тропической жары. Если «Возд. золото» пойдет, то напишу и это, конечно, усложнив и облачив тайной. И еще сегодня видел во сне сюжет, к-ый, пожалуй, можно использовать для детективного рассказа. Я видел круглую дырку в полу, в которую исчезали какие то ценности. Сейчас мне это рисуется, примерно, в таком виде: исчезает какая-то драгоценность, а потом оказывается, что ее стащила ручная сорока (или скворец?) и спрятала под сучок, вынимающийся из пола (неясно только, как этот сучок встанет на место? М.б. его воткнет обезьянка? Надо как-то провести разделение труда: скворец воткнет нос в сучок и выдернет его, а обезьянка, приученная закрывать бутылки, – закроет дырку. Все это надо разработать, но, пожалуй, может получиться интересная вещь.) Вечер. Думал над этим сюжетом – в какой обстановке его развернуть? Заглавие что-нибудь вроде: «Кто украл изумруд». И, конечно, должны быть ложные следы, как в «Лунном камне». М.б., какой-нибудь ученый (советский?) получил из института что-то очень ценное, и оно исчезает? А где выпадает этот сучок? М.б., в какой-нибудь шкатулке (кстати, кажется, есть такое дерево «птичий глаз»?) Или паркет, где между квадратами вставлены кружки? [Здесь Волков приводит небольшой рисунок-узор] – в таком духе? Это, пожалуй, больше подходит. Был в Детгизе, и два часа просидели с Брусиловской над версткой. Все-таки очень много замечаний. Самое важное изменение, которое пришлось сделать по настоянию Арсеньева – это автоматическое управление по радио ракетой, отправляемой на Луну. И еще оказались неверными некоторые рисунки, в частности, наклон Юпитера к его орбите. Потребуется переделка клише, и это, говорят, солидный расход (рублей 200), который будет отнесен за счет Арсеньева, который во время не доглядел. Еще услыхал в Детгизе разговор, что за переделываемые частично вещи (хотя бы и в объеме 25%) не будут платить, как за новые, а они будут считаться очередными переизданиями. 27 [декабря 1956 года], четверг. Видел во сне какой-то сумбур, относящийся к задуманному сюжету. Приснились два оригинальные действующие лица: Мальпапа и Мальмама. Это супружеская пара, очень маленькие люди, почти карлики. Их так назвала маленькая девочка, удивленная их ростом. Но мне сейчас, когда я пишу, приходит в голову соображение: м.б., лучше назвать их Мальдядя и Мальтетя? Пожалуй, девочка так скорее назвала бы их? На них падет подозрение, потому что есть окно (или форточка), через которую может пролезть только очень маленький человек. Кто они? Может быть, соседи потерпевшего?.. Составил и перепечатал список своих литературных работ. Переводов насчитал 14 на языки: болгарский, китайский, польский, венгерский, чешский, румынский, сербский. Надо будет съездить в Госуд. Б-ку Иностранных Языков и навести там справки: м.б., есть новые переводы, о которых я еще не знаю. 31 декабря [1956 года], 10 часов вечера. Истекают последние часы 1956 года, и скоро он канет в вечность, как столько ему подобных... Мало удовольствия встречать в моем возрасте – еще осталось меньше одним годом жизни. Но сожалениями делу не поможешь. Конвейер жизни уносит нас неудержимо, и не зацепишься по дороге ни на одну единственную секунду. В конце года принято подводить итоги. Последуем традиции. Написал в этом году книгу «Экспедиция по двум океанам», какой она встретит прием, в точности еще не знаю. Книга получилась довольно объемистая – далеко сверх договора. Зато получился успех с переводами Ж. Верна: «Московский Рабочий» издает «Дунайского Лоцмана» и полный перевод «Барсака». Дополнил я его в ноябре, работая очень интенсивно, так как работа была большая. После выхода этого перевода, быть может, появятся перспективы устроить «Проклятую тайну» и «Равнение на знамя». А вчера я неожиданно – вне всяких своих планов – начал переводить сказку М. Гешо «Passe-Partout и L'Affamé» под заглавием «Лис Ловкач и Волк Обжора». По моему, она должна пойти. Объем ее – листов пять-шесть. К средине января думаю перевести. Написал рассказы «Воздушное золото» и «По Иртышскому водохранилищу на «Чайке». Будут ли приняты, не знаю. Работал над пьесами «Терентий и Тентий» и «Рыбка-финита», но, возможно, эта работа пройдет впустую. С драматургическим родом у меня что-то не ладится. Закончил обработку «Волшебника», но Детгиз ее печатать не будет. [Позднейшая приписка внизу страницы: И все это не пошлó, кроме ж.-верновского однотомника! 5/XI 69] В январе 1957 года выйдет «Земля и небо» в роскошном оформлении. А договор на эту книгу был заключен в 1950 году! Летом съездили с Вивой в Усть-Каменогорск и плавали там по Иртышскому водохранилищу, что подробно описано в рыболовном дневнике. Почти разделался с Институтом. Чтение лекций закончил, осталось провести в январе сессию – 13 групп. С 1го октября 1956 года я – пенсионер. 1200 руб. – это не плохо и даст известную материальную базу. Итак – до следующего года, сорокового года после Октябрьской Революции... — " —

саль: Ladyofpayne пишет: Вы дачи его видели? Я видел бывшую квартиру Ворошилова, и даже жил в ней полтора месяца. Да, барские хоромы, другого не скажешь. Четыре комнаты, каждая с однокомнатную квартиру, две комнаты для прислуги... Но не дворец .



полная версия страницы