Форум » Библиотечно-Справочный раздел » УДиеДС-1961 - черновая редакция » Ответить

УДиеДС-1961 - черновая редакция

Чарли Блек: В архиве А. М. Волкова обнаружилась распечатка сравнительно ранней редакции УДиеДС: текст 1961 года. Эта редакция — черновая, она нигде не публиковалась. Стилистически она шероховата, содержит длинноты, местами повторы, неудачно выстроенные фразы. Но для поклонников Волковских сказок она может представлять интерес именно своей полнотой: хотя принципиально новых сцен в ней практически нет, но почти на каждой странице встречаются отдельные фразы, словосочетания, иногда даже абзацы, не вошедшие в книжную версию. Благодаря этому, УДиеДС-61 получается детальнее в мелочах, и в ней появляются некоторые логические связки, утерянные в книжной версии. Т.о., УДиеДС-61 полнее не только сокращённой версии сказки 1962–63 гг. из «Пионерской правды», но и книжной редакции 1963 года. На данный момент это самая полная версия текста. Отмечу, впрочем, что версия 1961 года — всё же не первая. Судя по дневникам Волкова, первый вариант сказки был написан в 1958 году, затем переработан в 1959. Но эти ранние редакции пока не найдены, так что нынешний вариант получается самым ранним из доступных. Оцифровывать текст по-настоящему я не возьмусь (слишком много хлопот), но буду понемногу выкладывать фотоснимки страниц со своими комментариями. UPD: Оцифровка от Annie в формате doc-файла: https://drive.google.com/file/d/1uABf6SkXdklxSmkMles8O2W8H9dCJfEg/view?usp=sharing

Ответов - 221, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 All

.Харука.: Лерелахит пишет: о бывает так, что автор заявил неоднозначность, а получился отрицательный, или же заявил однозначно хорошего героя, а вышел не такой уж и однозначный. О, я так слушала обзор на книгу 50 дней до моего самоубийства (обзор суть чтение всей книги но с комментариями), и там яркий пример такого. Греоиня заявлена как бедняжка, на которую сваливаются все несчастья, это чётко чувствуется в подаче, в аннотации книги и так далее. Но на деле у автора не вышло показать героиню такой как заявлено, и она вышла подлой, мерзкой и самым отвратительным персонажем книги, который творит что хочет и сама себя оправдывает.

Чарли Блек: Примечательные моменты: - комплекция Энкина Фледа и цвет его дуболомов;

Капрал Бефар: Чарли Блек пишет: и цвет его дуболомов Ещё примечательно, что в этой "оранжевой" версии не упоминаются другие имена капралов, кроме Арума, Бефара и Ельведа, что вписывается в гипотезу о долгом колебания автора, называть ли их по латинскому или русскому алфавиту, а также может объяснять глюк канонических редакций с двумя фиолетовыми капралами. Здесь оранжевого взвода не было среди первых пяти, т. е. Ельвед соответствует русскому алфавиту. Но фиолетовый, как и в книжных редакциях, пятый - и вот тут, возможно, следы латинского алфавита. Хотя скорее всего Волков просто на более позднем этапн решил оставить в Голубой и Фиолетовой странах взвода под их национальные цвета, и не согласовал с тем, что фиолетовый капрал у него был в первой партии, и имя в новой редакции уже получил. Старый недомем про дальтонизм, ага.


Чарли Блек: Капрал Бефар пишет: Здесь оранжевого взвода не было среди первых пяти, т. е. Ельвед соответствует русскому алфавиту. Но фиолетовый, как и в книжных редакциях, пятый - и вот тут, возможно, следы латинского алфавита. Не исключено... Хотя Груан и Дикор - скорее греческий алфавит ) А вообще странно ещё, что капрал в стране Жевунов нигде не назван по имени, в отличие от своего коллеги в ФС.

Капрал Бефар: Чарли Блек пишет: Хотя Груан и Дикор - скорее греческий алфавит ) Ну, "Е" всё равно в пятой позиции ) А вообще странно ещё, что капрал в стране Жевунов нигде не назван по имени, в отличие от своего коллеги в ФС. Ага, это и наводит на подозрение, что автор колебался в выборе алфавита, поскольку оставленный в стране Жевунов жёлтый взвод был уже третьим по счёту. ))

Donald: Чарли Блек пишет: Хотя Груан и Дикор - скорее греческий алфавит ) А это из какой версии?) их звали Гитон и Дарук вообще-то

Чарли Блек: Donald, это из дневников, ранние версии замысла: http://izumgorod.borda.ru/?1-0-1580113406360-00000050-000-20-0#014

Чарли Блек: Donald пишет: А это из какой версии?) их звали Гитон и Дарук вообще-то Вообще склоняюсь к мысли составить словарик не вошедших в общепринятый канон имён ) Там были бы: Аранья, Вирана, Гван-Чи, Гелли, Груан, Гуррикан, матрос Джек, Дикор, Кагги-Кар, Карин, Лестар-младший, Морни, Тор-Лан, Уан-Ло, Урфан, Фиеро, Эмпедокл, и некоторые другие, до которых оцифровка пока ещё не добралась.

Ellie Smith: .Харука. пишет: Не в тему: О, я так слушала обзор на книгу 50 дней до моего самоубийства (обзор суть чтение всей книги но с комментариями), и там яркий пример такого. Греоиня заявлена как бедняжка, на которую сваливаются все несчастья, это чётко чувствуется в подаче, в аннотации книги и так далее. Но на деле у автора не вышло показать героиню такой как заявлено, и она вышла подлой, мерзкой и самым отвратительным персонажем книги, который творит что хочет и сама себя оправдывает. Я тоже такое заметила Чарли Блек пишет: Вообще склоняюсь к мысли составить словарик не вошедших в общепринятый канон имён ) Там были бы: Аранья, Вирана, Гван-Чи, Гелли, Груан, Гуррикан, матрос Джек, Дикор, Кагги-Кар, Карин, Лестар-младший, Морни, Тор-Лан, Уан-Ло, Урфан, Фиеро, Эмпедокл, и некоторые другие, до которых оцифровка пока ещё не добралась Гелли и Карин интересно звучат

Чарли Блек: Ellie Smith пишет: Гелли и Карин интересно звучат Вариация колли на материале Волкова?

Annie: Оцифровка Утром Руфу Билану стало известно об исчезновении сразу четырех пленников. По его приказу свора полицейских пустилась на поиски. Они рыскали по фермам вблизи города и допрашивали людей. Сверх ожиданий те оказались словоохотливыми и рассказали поимщикам, что беглецы рано утром прошли на северо-запад, очевидно рассчитывая найти убежище у Виллины. Два взвода дуболомов и три десятка полицейских отправились в указанном направлении. Солдаты мчались по твердой дороге, громыхая ногами, налетая друг на друга, падая. Полицейские стреляли камнями из рогаток в придорожные кусты, едва только замечали там малейшее движение. Случилось, что они и попадали, но только в оленя, которых много водилось в той местности. Время от времени начальник полиции, который сам возглавлял погоню, забегал в придорожные домики и злым голосом расспрашивал про беглецов. Заранее подученные гонцами Фараманта обитатели домиков отвечали: - Они прошли здесь три часа назад… два часа назад… час назад… Рвение преследователей возрастало, им казалось, что добыча уже близка. Но они пробегали милю за милей, а дорога впереди попрежнему оставалась пустынной. Обозленные неуспехом, полицейские окончательно рассвирепели, и впереди их со свистом неслась туча камней, выпущенных из рогаток. А потом случилось вот что: начальник полиции вырвался вперед, и ошалелые подчиненные, приняв его за беглеца, осыпали таким градом увесистых осколков кирпича, что переломали ему руки и ноги, отбили голову. Подбежав к упавшему с криками торжества, полицейские и дуболомы вдруг остановились. Что делать дальше? Они не знали, а приказывать было некому. Собрав обломки своего командира, отряд вернулся в столицу. Один из полицейских доложил главному государственному распорядителю о том, что произошло. Руф Билан побледнел от ужаса. До того он еще надеялся, что беглецов поймают, и тогда происшествие можно будет скрыть от короля. Теперь приходилось сознаться, что пленники, которыми так дорожил Урфин Джюс, вырвались на свободу. Больше того: погиб начальник полиции, которого король очень ценил за усердие и ловкость. Выслушав доклад, Урфин угрюмо промолвил: - Не сомневаюсь, что это штучки проклятой девчонки, маленькой феи Элли. И беглецы скрылись? - Бесследно, могущественный король Изумрудного… - Короче! – рявкнул обозленный Джюс. - Слушаюсь! Хуже всего то, что преследователей, как видно, направили по ложному пути. Это был целый заговор. Страх Урфина Джюса перед феей Элли еще увеличился. Начальника полиции Урфин восстанавливать не стал, и повар Балуоль бросил его останки под плиту: они горели очень жарко. Удостоверившись, что Элли освободила заключенных, Чарли Блек повел порученную ему компанию вниз. Все старались как можно меньше шуметь. Железный Дровосек с трудом протиснулся сквозь узкую дыру в двери, а ослабевшего Страшилу протащили, окончательно помяв его кафтан. Лев встретил друзей после долгой разлуки с восторгом. Вид Страшилы, слабого, почти ослепшего и оглохшего, расстроил Льва до слез. Но тратить время на излияния нежных чувств не приходилось, надо было спешить. Дровосек на всякий случай вооружился крепкой железной полосой, которую выломал из лестничных перил. Приближаясь к окну в царство подземных рудокопов, Чарли Блек предупредил спутников об осторожности. Кто знает, может быть, страж, разъезжающий на драконе, дожидается появления дерзких соглядатаев, чтобы пустить в них меткую стрелу. Но войдя на площадку, откуда он и Элли еще вчера увидели картину странной чужой жизни, моряк ахнул от изумления: окно было наглухо заделано. Да-да, рудокопы так плотно вбили в него круглый кусок скалы, что не осталось ни единой щелки. Моряк вздохнул и молвил: - Хорошо еще, что мы хоть немного познакомились с этой таинственной страной. Шестилапого в пещере не оказалось: то ли он отлеживался в лабиринте скалистых коридоров после вчерашнего боя, то ли здесь успели побывать подземные рудокопы и поймали зверя. Чарли Блек не сомневался, что между этой пещерой и страной рудокопов есть сообщение: работа Шестилапого в колесе ясно это доказывала. А сколько еще других Шестилапых могло таиться во мраке обширного подземелья? Но теперь моряк не боялся встречи со зверем: Железный Дровосек живо расправился бы с ним. Чарли Блек опасался другого: не устроили бы рудокопы засады на их пути. Он только тогда вздохнул свободно, когда в рассвете раннего утра увидел Элли, Дина Гиора и Фараманта. Прежде чем предпринимать что бы то ни было, следовало заняться Страшилой. С ним дело обстояло очень плохо. Одежда свергнутого правителя порвалась, из дырок лезла сопревшая, свалявшаяся солома. Черты лица почти изгладились, и скверно было с мозгами: сырость подвала оказала на них вредное действие. Элли принялась за дело. Она сняла со Страшилы голову и повесила сушить на высокой ветке, где ее обдувало ветерком и грело жарким солнышком. Она заштопала одежду Страшилы, выстирала в ручейке и развесила по кустам. Когда все было готово, Элли набила кафтан, штаны и сапоги свежей соломой, которую Фарамант принес с соседнего поля, прикрепила голову с просохшими мозгами. Затем девочка достала краски, кисточку и начала рисовать глаза. Глаза тотчас замигали, заулыбались… - Все испортишь! – сердито закричала Элли. - Ничего, – прошептал Страшила. – Давай скорее рот! - Знаю я тебя! – рассмеялась девочка. И вот все было готово. Радостный Страшила пустился в пляс. - Эй-гей-гей-го! Элли опять спасла меня! Я снова-снова-снова с Элли! Эй-гей-гей-го! Я снова-снова… Тут вдруг Страшила спохватился, что он теряет свое достоинство правителя, танцуя в присутствии подданных, и боязливо взглянул на Дина Гиора и Фараманта. Но те деликатно отвернулись и сделали вид, что поглощены серьезным разговором. Страшила вздохнул с облегчением. Приятно было смотреть на этого добродушного весельчака, который теперь выглядел почти таким же нарядным, как тогда, когда сидел на троне Изумрудного города. Общее веселье еще увеличилось, когда моряк Чарли преподнес Страшиле превосходную трость из красного дерева. Он успел сделать ее, пока Элли «лечила» Страшилу. Страшила оперся на трость, выпятил соломенную грудь и важно заговорил: - Друзья мои! Страшила мудр по-прежнему, и вот вам доказательство: у меня в голове появились великие мысли! Для борьбы с Урфином у нас нет оружия, и сделать его могут только Мигуны. Но Мигуны живут в Фиолетовой стране, а Фиолетовая страна – не Изумрудная. И я полагаю так, что, когда ты находишься в одной стране, в другой тебя в это время нет. Какой же из всего этого вывод? Мы должны отправиться в Фиолетовую страну! Дружные аплодисменты были ответом на замечательную речь Страшилы, а так как четвероногие не могли аплодировать, то Лев одобрительно зарычал, а Тотошка громко залаял. На восток! Энкин Флед, наместник страны Мигунов, был тощий человечек с рыжими жесткими волосами, торчавшими во все стороны, как мочалка. Он явился в страну со взводом оранжевых солдат и капралом Ельведом и легко подчинил ее, потому что, хотя Мигуны и славились, как искусные кузнецы и слесаря, но воинственного духа у них было еще меньше, чем у Жевунов. Заняв Фиолетовый дворец, Энкин Флед выгнал из него всю прислугу, обитавшую там еще со времени Бастинды, и оставил только кухарку Фрегозу. Она хорошо готовила, а наместник любил поесть. В стране Мигунов у Фледа обнаружилось непреодолимое пристрастие к оружию. Поселившись в Фиолетовом дворце, наместник приказал населению сдать все мечи, кинжалы и ножи, вплоть до кухонных. Такой приказ Энкин Флед отдал еще и потому, что боялся восстания и хотел обезоружить народ. Мечей у Мигунов не оказалось, но среди сданного железного хлама наместник увидел два старинных кинжала чудесной работы. Блеск стали и удивительно тонкая резьба на рукоятках очаровали Энкина Фледа, и он велел привести к себе мастеров. - Откуда это? – спросил Флед, показывая кинжалы. - Сохранились с давних времен, когда еще в нашей стране велись войны, – ответил старший из мастеров. - А вы можете сделать такие кинжалы? - Делали работы и потруднее, – сказал мастер. – Мы починяли нашего правителя, господина Дровосека, а у него очень сложный механизм. Только зачем вам кинжалы, мясо удобнее резать обыкновенным ножом. Энкин Флед не терпел противоречий. - Не рассуждать, – закричал он и затопал ногами, а Мигуны от испуга замигали быстрее обычного. – Сделать пять… десять таких кинжалов, и чтобы у всех резьба была разная. Сроку – неделя. Если не успеете… ну, тогда узнаете, что значит иметь дело с Энкиным Фледом! Мастера забросили всякую работу и сделали кинжалы. Флед развесил их на стене большой дворцовой залы, на фоне ковра, и зрелище ему очень понравилось. Но наместник решил, что оно будет более внушительным, если число кинжалов увеличить. С тех пор мастерам не было покоя. Им пришлось делать кинжалы, мечи, сабли, шпаги… Наместник целые дни проводил в зале, размещая коллекцию оружия то так, то этак… Взяв в руки меч или кинжал, тощий коротконогий Флед фехтовал, воображая, что сражается с волшебником или страшным чудовищем. В действительности он побоялся бы напасть даже на овцу и чувствовал себя в безопасности только под защитой свирепых дуболомов. Х Х Х Элли и ее друзья направлялись на восток. Путь их пролегал по тем самым местам, где они в прошлом году совершали поход на Бастинду. Теперь они шли на нового врага, на Энкина Фледа с его дуболомами. А где же была армия? Ну, надо признаться, что армия пока состояла всего из двух бойцов: Железного Дровосека и Смелого Льва. Но никто не посмел бы отрицать, что эти два воина стоили многих и многих обыкновенных солдат, не наделенных такой храбростью и силой. Итак, армия бодро продвигалась на восток, преодолевая каменистое плоскогорье, отделявшее Изумрудную страну от страны Мигунов. Железный Дровосек с удовольствием прислушивался, как у него в груди бьется при каждом шаге сердце, а Страшила решал в уме арифметические примеры, которые, по его просьбе, задавала ему Элли. Наконец они пришли к тому месту, где кончалась дорога, пролагавшаяся Железным Дровосеком к Изумрудному городу. Здесь несколько месяцев назад нашла Дровосека Кагги-Карр, явившаяся вестницей от Страшилы, и здесь валялся молот, брошенный Дровосеком, когда он поспешил на помощь другу. Молот никому не был нужен, да его и не смог бы никто поднять, кроме Железного Дровосека. Дровосек схватил молот, описал им круг над головой и со свистом рассек воздух. Все ахнули и присели. - Силенка-то еще есть, – добродушно молвил Дровосек. - Пусть поберегутся дуболомы! – сердито сказал Страшила. В споры о морали, Добре и Зле возвращаться пока не хочу. Нет ни сил, ни желания.

Ellie Smith: Чарли Блек пишет: Вариация колли на материале Волкова? О, тоже можно

Чарли Блек: Ещё кусочек:

Sabretooth: Чарли Блек спасибо здесь есть фраза, которой нет в последующих редакциях - как рассерженные Мигуны хотят убить Энкина Фледа и Ельведа. То есть в этом они такие же, как и Жевуны - робкие и мирные, но до крайности их лучше не доводить

Захар: Sabretooth пишет: арли Блек спасибо здесь есть фраза, которой нет в последующих редакциях - как рассерженные Мигуны хотят убить Энкина Фледа и Ельведа. То есть в этом они такие же, как и Жевуны - робкие и мирные, но до крайности их лучше не доводить Да, это доказывает, что Мигуны все-таки отличаются от Жевунов.

Чарли Блек: Sabretooth пишет: как рассерженные Мигуны хотят убить Энкина Фледа и Ельведа Притом вначале в распечатке было слово "кроткие", а затем оно уже переправлено на "рассерженные" )

Annie: Оцифровка Ультиматум Здесь, где начиналась хорошая дорога к Фиолетовому дворцу, армия решила остановиться перед началом боевых действий. Кагги-Карр хотела было послать на разведку хилого воробья, клевавшего поблизости зернышки травы, но не решилась доверить ему такое ответственное дело. - Полечу сама, – сказала она. – Лично выясню, сколько войска прислал сюда Урфин Джюс. Она собралась лететь, но произведенный Страшилой в фельдмаршалы Дин Гиор задержал ее. - Надо отправить врагам вызов, – сказал он, расчесывая гребешком длинную бороду. - Лучше напасть внезапно, – возразила Кагги-Карр. – Внезапность часто решает исход боя. - Фельдмаршал прав, – вмешался Страшила. – Лучше вызвать неприятеля в поле, иначе он может запереться во дворце, а осада – не такое простое дело, я это знаю по опыту. - А если Энкин Флед не выйдет сражаться в поле? – спросил начальник штаба Чарли Блек. - Мы напишем такое письмо, что он выйдет, – заверил фельдмаршал. – Я знаю этого Фледа, он страшно самолюбивый человек. И вот главнокомандующий и его помощники принялись составлять вызов. Они долго рассуждали и спорили, наконец письмо было написано на бумаге, которая нашлась у Чарли Блека, и Кагги-Карр полетела с письмом в клюве. Энкин Флед в сотый раз переустраивал свою коллекцию оружия, когда к нему вошла кухарка Фрегоза. - Господин наместник, – сказала она, – там к вам прела… парле… перлатурман! - Кто? – заорал потревоженный Флед. - Ну я не знаю, – попятилась Фрегоза. – В общем, посетитель… а может посетительница. - Впустить! – приказал наместник и на всякий случай вооружился острым кинжалом. Дверь открылась, и в залу важно вошла ворона. Энкина Фледа одолел смех. - Это ты и есть… тот перал… мантур? - Прошу прощения, – строго ответила Кагги-Карр, взлетев на стол, и опуская возле себя письмо. – Я к вам парламентером от главнокомандующего Дина Гиора. Слушая ясную и связную речь вороны, Энкин Флед остолбенел. Он так изумился, что даже начал обращаться к вороне на вы. - Но вы… послушайте, я ничего не понимаю! Какой главнокомандующий Дин Гиор? Я знаю только армию моего повелителя, могущественного короля Урфина Первого, а ею командует генерал Лан Пирот! - Прочитайте этот ультиматум, и вы все поймете, – холодно возразила Кагги-Карр и взлетела на шкаф, подальше от наместника. Энкин Флед развернул бумагу, начал читать и побагровел. Бумага гласила: «Ультиматум. Мы, правитель Изумрудного города Страшила Мудрый и главнокомандующий освободительной армией фельдмаршал Дин Гиор, настоящим предлагаем вам, Энкину Фледу, наместнику так называемого короля Урфина Первого, разоружить ваших солдат и сдать без боя Фиолетовый дворец. В этом случае ваше наказание за измену родине ограничится лишь тем, что вы в течение десяти лет будете дробить камень и мостить дороги в стране Мигунов. Если вы не примете это крайне выгодное для вас предложение, выходите сражаться в поле. И хотя мы можем выставить против ваших сил одного-единственного бойца, мы все же уверены в победе, так как боремся за свободу против вашего самозваного повелителя, так называемого короля Урфина. За Страшилу Мудрого и фельдмаршала Дина Гиора подписал Чарли Блек». Прочитав послание, Энкин Флед долго и насмешливо хохотал. - Армия! Из одного бойца. Один солдат и куча начальников! И они еще думают победить меня, наместника его величества могущественного короля Урфина Первого! Они имеют нахальство предлагать мне, Энкину Фледу, сдаться и пойти мостить дороги! Ха-ха-ха! Эй вы, ламантерпер! Скажите пославшим вас, что я выйду сражаться в открытом поле, и разобью их, и возьму в плен, и самих заставлю дробить камень! Кагги-Карр только того и надо было. Она моментально покинула дворец, а наместник вызвал капрала Ельведа и приказал ему построить взвод к бою. Железный Дровосек ждал врагов на обширной площадке в миле расстояния от Фиолетового дворца. Он стоял один, в свободной позе, опустив молот к ноге и казался не очень грозным противником. Элли с Тотошкой, Страшила, Чарли Блек, Дин Гиор и Фарамант стояли поодаль, мирной безоружной группой, только у моряка было наготове лассо, но никто в Фиолетовой стране не знал его употребления. Смелый Лев спрятался за камнем, его желтая шерсть сливалась с желтым песком, и его нельзя было разглядеть. Он был в засаде на случай какого-либо коварства со стороны Энкина Фледа. Послышались звуки шагов. «Топ-топ-топ!» – грохотали по твердой земле деревянные ступни дуболомов. Солдаты увидели одинокого противника, и их свирепые рожи загорелись торжеством, а глаза из пурпурового стекла кровожадно блестели. Перед взводом шагал рослый краснолицый Ельвед, капрал, а сзади всех шел Энкин Флед, наместник, с мечом в одной руке и кинжалом в другой. Один против одиннадцати Кухарка Фрегоза подслушивала разговор наместника с вороной, и весть о том, что дуболомы Урфина Джюса будут сражаться с бойцом освободительной армии, мгновенно разнеслась по окрестностям. За громадными камнями, окружавшими площадку, прятались Мигуны и Мигуньи; отовсюду выглядывали часто мигавшие глаза, с любовью устремлявшиеся на правителя. Энкин Флед тоже узнал Железного Дровосека, и по спине наместника пробежал холодок. Он знал силу Дровосека, но все-таки рассчитывал на победу. Во-первых, у Дровосека не было его топора, во-вторых, он был один против одиннадцати. Противники сошлись. Ельвед приказал своим солдатам окружить Дровосека и поражать его дубинками, а сам остался позади. Началась ожесточенная битва. Дубинки ударяли о железное тело Дровосека, и от них получались вмятины на спине, груди, руках. Но эти удары, хотя и опасные, не были смертельными для Дровосека. Зато удары его страшного молота дробили дубовые головы его противников, разбивали на куски их сосновые туловища. Только десять точных ударов нанес врагам Железный Дровосек, и на месте оранжевого взвода дуболомов лежала груда деревянного лома, годного только в печку, варить суп. Но последний солдат перед тем, как рухнуть на землю, нанес дубиной в грудь Дровосека такой сильный удар, что у него отлетела заплатка, сделанная Гудвином, когда тот вставлял Дровосеку сердце. Дровосек зашатался, и видно было, как болтается внутри красное шелковое сердце. Прежде чем Железный Дровосек опомнился, к нему подкрался сзади капрал Ельвед, который уцелел, так как еще не вступил в битву. Краснолицый капрал подхватил с земли дубину и нанес ужасный удар в спину Дровосеку. Сердце сорвалось и вылетело на песок, спина Дровосека надломилась, он рухнул, успев только прошептать: - Сердце, мое сердце! Капрал Ельвед испустил торжествующий рев, которому вторили злобные вопли Энкина Фледа. - Бей его! – кричал Флед. – Расправься со Страшилой! Убей фельдмаршала! Хватай девчонку, она – фея, она у них самая главная! Страшила, Чарли Блек и остальные выступили вперед, защищая своими телами девочку. Из засады выскочил Лев, но он был слишком далеко от места боя. Кагги-Карр заметалась перед лицом краснолицего капрала, пытаясь остановить его – напрасно. Он несся, свирепый и страшный, размахивая тяжелой дубиной. И в этот момент из-за большого камня стрелой вылетел маленький старичок, лучший мастер страны Мигунов, и бросился под ноги Ельведу. Тот сразбега покатился на землю. Но он быстро вскочил и уже готов был опустить дубинку на голову самоотверженного мастера. Однако, в этот момент свистнуло лассо, петля охватила руки Ельведа, Чарли Блек, Фарамант и Дин Гиор дернули аркан, и краснолицый капрал тяжело свалился на песок. И тут из-за камней посыпались десятки Мигунов и Мигуний, до того лишь взволнованных свидетелей битвы. Они грудой навалились на Ельведа, отобрали оружие, связали капрала арканом. Другие набросились на Энкина Фледа, вырвали у него меч и кинжал, которыми он, впрочем, и не пытался воспользоваться. С владычеством Урфина Джюса в стране Мигунов было покончено. Над головами наместника и капрала поднялись тяжелые камни. - Убить злодеев, убить! – кричали рассерженные Мигуны. - Не надо, – сказал Страшила. – Мы будем судить их. А Энкин Флед, бледный, дрожащий, упал на колени. - Там… в этом вашем ультиматуме… сказано… – запинаясь бормотал он, – если сдамся… десять лет… мостить дороги… я сдаюсь… сдаюсь!. - Презренный предатель! – сказал Дин Гиор. – Ты дважды изменник! Первый раз ты изменил своему народу, когда пошел на службу тирану. А второй раз сегодня – когда после честной битвы замыслил подлое убийство безоружных людей. Я думаю, ты не отделаешься мощением дорог. Увести пленников. И их увели. Тем временем Элли со слезами на глазах хлопотала около безжизненного Дровосека. Она, впрочем, не впала в отчаяние, так как знала, что Мигуны, искусные мастера, восстановили ее друга, когда он был еще в худшем состоянии. Она подобрала шелковое сердце, бережно сдула с него песок и спрятала до того момента, когда оно понадобится. Чарли Блек склонился над Дровосеком. - Клянусь людоедами Куру-Кусу и всеми их тремя тысячами триста тридцатью тремя богами, этот парень сражался как герой! Неужели с ним все покончено? - Нет, что вы! – ответил Лестар, тот старичок, который с опасностью для жизни бросился под ноги капралу Ельведу. – Мы уже имеем опыт в починке господина правителя. Три дня работы, и он будет как новенький… Конечно, если не затеряны какие-нибудь важные детали, – добавил он. – Тогда ремонт потребует больше времени. Ликующая толпа Мигунов проводила до дворца свою Фею Спасительной Воды. Дорогой они мигали так отчаянно, что из глаз у них покатились крупные слезы, и они почти ничего не стали видеть. И при этом они похвалялись, что данную в честь феи клятву умываться трижды в день они соблюдали с величайшей добросовестностью, даже в тяжелые дни правления Энкина Фледа. Наверно, это и помогло им избавиться от врагов!

Захар: Это круто!

Чарли Блек: Примечательные моменты: - где ночевала Элли в Фиолетовом дворце;

Капрал Бефар: Чарли Блек пишет: Примечательные моменты: Порадовал также философствующий Лев ("Всё на свете повторяется") и Элли, отрубившаяся от усталости прямо посреди разговора с Фрегозой - точь-в-точь как в моей AUшке (в который уже раз?)



полная версия страницы